dem_2011

Ганна Феодосиевна Собачко-Шостак — украинский мастер декоративной живописи

Ганна Собачко. 1936
Ганна Собачко. 1936

Одна из зачинательниц украинской народной декоративной живописи Ганна Феодосиевна Собачко, по мужу – Шостак, родилась 15 декабря 1883 года в бедной семье безземельного крестьянина в селе Скопцы Переяславского уезда Полтавской губернии (ныне село Веселиновка Барышевского района) в 55 километрах от Киева. 

Фамилия Собачко — наследство далеких времен крепостничества.  Когда-то в их роду помещик променял человека на собаку.

Семья Ганны Феодосиевны жила бедно.  Учиться ей почти не пришлось. Только две зимы ходила девочка в школу, а потом пришлось наниматься к богачам на полевые работы. С детства она работала на чужом поле, а зимой вместе с матерью ткала полотно. 

С пятнадцати лет Ганна стала расписывать бумажные рушники, которые наряду с тканными и вышитыми были распространены тогда на Переяславщине и  которыми крестьяне украшали свои жилища. Рисовала самодельной кисточкой из жесткого хорькового волоса,  закреплённого в расщеплённой веточке вишни. Краски тоже делала сама,  научившись у взрослых – из зверобоя, из свёклы, из глины. 

«Если  бы позволили родители, – вспоминала она те годы, – то расписала бы всю  хату весёлыми и грустными цветами – с глазами, с носом и ртом».  

Эти её картинки охотно покупали крестьяне и украшали ими свои жилища. Расписывала она также хаты односельчан. Заработанные таким образом деньги были значительной помощью всей семье.

В 1910 году состоятельная помещица и известная почитательница украинского народного искусства Анастасия Семиградова у себя в имении в селе Скопцы устроила «Кустарный пункт» (кустарная мастерская),  художественное руководство которым поручила художнице Евгении  Прибыльской, а ту живо заинтересовала необычная живопись крестьянской  девушки Ганны Собачко. Став, таким образом, первооткрывателем  самобытного таланта, Евгения Ивановна подключила к творческой судьбе  Ганны профессиональную художницу авангарда и признанного мастера  декоративного искусства Александру Экстер, рисовавшую, в том числе, и  эскизы для вышивки. К украинской вышивке она и некоторые другие  художники авангарда обратились, задавшись целью поднять её на более  высокий уровень и включить в мировой контекст на основах творимого ими  нового искусства.

По рисункам Ганны Собачко  здесь были выполнены панно и вышивки, которые экспонировались на выставках в Петербурге, Киеве, Париже (1913) и Берлине (1914). Е. И. Прибыльскую особенно привлекали те работы Ганны, которые художница делала не на заказ, не как образцы для вышивок, а для себя. Однако эти живописные произведения Ганны Собачко долгое время не показывались на выставках.  В те годы народную живопись мало кто считал за настоящее искусство, вопросы эстетики народного искусства не освещались, потому что подход к нему был, по сути, чисто этнографичным. Но в ноябре 1915 года с помощью ряда передовых деятелей русского искусства Е. Прибыльской удалось экспонировать живописные произведения, или, как тогда называли, «крестьянские рисунки»,  Ганны Собачко в Москве на выставке «Современное декоративное искусство». Там также были представлены и произведения двух других народных мастеров из села Вербивки на Черкащине — Евмена Пшеченко и Владимира Довгошии. Это был первый публичный показ украинской народной декоративной живописи.

Ганна Собачко на фоні своєї роботи, с. Скопці, кустарна майстерня Семиградової, 1915 / Ганна Собачко на фоне своей работы, с. Скопцы, кустарная мастерская Семиградовой, 1915
Ганна Собачко на фоні своєї роботи, с. Скопці, кустарна майстерня Семиградової, 1915 / Ганна Собачко на фоне своей работы, с. Скопцы, кустарная мастерская Семиградовой, 1915

Работы Ганны Собачко, представленные в Москве на выставке 1915 года, характерны для первого периода творчества художницы, который охватывает 1910—1917 годы. Росписи этого времени монументальны по своему композиционному строению, выполнены в традициях украинских настенных росписей. Фон у них белый. Симметричные композиции строятся на контрастных соотношениях малых и больших цветовых пятен, которые заполняют всю плоскость. По колористическому решению они лаконичны и вместе с тем ясные, интенсивные.

Особенно интересен один из рисунков под названием «Настенная роспись».

Настенная роспись. 1915
Настенная роспись. 1915

На белом фоне в центре — синий кобальтовый цветок, вокруг которого скомпонованы другие цветы. Широкие прямые линии главного стебля и согнутые ветки, которые плавно растекаются от центра и снова сбегаются к центру, создают приятную для глаза игру и как бы передают спокойствие лугов. Оранжевые цветы внизу противостоят и одновременно перекликаются с симметрично расположенными синими и фиолетовыми цветами вверху. С большими фиолетовыми пятнами чередуются, вступая с ними в колористическую связь, прозрачные розовые, усиленные оранжевыми. Розовые соединяются также с другими цветами и в зависимости от них кажутся то холодными, то теплыми. В центре композиции рядом с розовыми цветами играет нежно-зеленый стебель. Синие кобальтовые цвета все время остаются холодными, усиливая общее цветовое напряжение. Благодаря такому художественному построению растительный орнамент росписи приобретает реальность, яркость. Он отражает красоту украинской природы. В самом деле монументальный волшебный стебель с цветами воспринимается как вековечное древо жизни. Чувство душевной ясности и равновесия наполняет это произведение.

В работе «Настенная роспись», несмотря на ее, казалось бы, строгую симметрию, нет, однако, повторов в частях композиции. Более свободно строится композиция в произведении «Вьюнок».

Вьюнок. 1917
Вьюнок. 1917

Главный композиционный узел падает здесь на зеленый цветок. Отсюда симметрично расходятся и возвращаются снова стебли растений, при этом все время чередуются пятно цветка и тонкая линия стебелька. Создается впечатление, будто главный цветок, раскрываясь, дает жизнь другим. Цветы очень разнообразны — то у них звездчатая форма, то напоминают гроздь винограда, и ни один цветок не повторяется. Хотя растения эти разные не только за трактовкой, но и по своим размерам, симметрия здесь выдержана. Это достигнуто тем, что элементы росписи слева и справа взаимно уравновешены. Такой прием ассиметричного равновесия часто наблюдается в первый период творчества Ганны Собачко и развивается потом аж до последнего времени. Господствует здесь зеленый цвет. Поддерживая его, художница вводит различные вариации желтого и голубого, в соединении с которыми зеленый становится настолько ощутимым, что создается впечатление, будто смотришь на залитые солнцем луга и поля, покрытые густой сочной травой. В этой росписи переданы чувства художницы к своей родной земле, которая не только кормит, но и радует своей красочностью, своими самосевными цветами. Раздольем, степным простором веет от произведения.

Техника акварели и гуаши, в которой работает художница, в полной мере определяет живописное богатство ее произведений. Комбинируя матовую густую гуашь и прозрачную чистую акварель, она обогащает фактурную поверхность своих росписей. Иногда Ганна Собачко вводит еще в свою палитру бронзу — золотую и серебряную.

Каждая отдельная работа художницы отличается от другой колористическим решением, при помощи которого дается определенный образ. Сравним с росписью «Вьюнок» роспись «Весенняя песня», в которой также есть голубые и розовые цвета и преобладает зеленый. Но зеленый совсем другой, чем во «Вьюнке», он самых нежных градаций и типичный как раз для ранней весны.

Весення песня. 1913
Весення песня. 1913

Зеленый вступает в колористическую связь с нежно-розовыми и ультрамариновыми. Темно-коричневые стебельки, которые расходятся от центра, еще больше усиливают нежность зеленого. Здесь же звучат самые нежные голубые, которые излучают синь весеннего неба. Художница кладет в основу цвет, наиболее характерный для задуманного ней образа. Так, нежные прозрачные голубые и розовые цвета, переливаясь, усиливают доминирующий зеленый, чем достигается впечатление ранней весны. Эта прозрачность, богатство красок, что видим в росписи, являются органичным проявлением целостного, жизнеутверждающего световосприятия природы мастером, человеком из народа. Здесь раздумья художницы о будущем, о тех надеждах, которые трудовой народ всегда связывал с приходом весны. Уже в первый период творчества художницы мы наблюдаем у нее яркую, жизнерадостную палитру. Откуда же это оптимизм, эта яркость красок? Где их корни?

Все это идет еще с древности, из глубины веков славянской народной культуры.

Украинское народное искусство с его оптимизмом всегда было в своей основе антирелигиозным и атеистическим, чуждым христианской мистике и аскетизму. Отсюда — его жизнеутверждающее начало. И хотя прошли целые века, но народное творчество остается так же неотделимо от жизни ее создателей. Традиционность народного искусства не означает, однако, что оно архаичное, неизменное. Как и профессиональное искусство, оно зависит от развития общества. Поэтому при всей своей традиционности народное искусство развивается, меняется, обогащается вместе с развитием образного мышления народа. Это происходит в основном во время больших поворотов в истории общества. И войны, и революции отражаются на развитии народного искусства. Изучая и анализируя творческий путь Ганны Собачко более чем за полвека, мы снова и снова находим тому подтверждение.

Тревога. 1916
Тревога. 1916

В 1916 году, во время первой мировой войны, Ганна Собачко создает композицию «Тревога». Здесь уже можно увидеть то новое цветовое и образное решение, что отличает ее произведения от работ предыдущих лет. На темно-зеленом, а не белом, как раньше, фоне представленные красно-огненные, усиленные черным, смерчи, в центре — два белых пятна с черными зрачками. Красно-огненными смерчами художница будто хотела передать весь ужас, тревогу и трагедийность войны, охватившей мир.

Великая Октябрьская социалистическая революция открыла перед народными художниками неограниченные возможности. Простая крестьянка с Переяславщины, украинская народная художница Ганна Феодосиевна Собачко восприняла революцию, как свою родную и кровное дело. В своих работах она передает черты нового времени.

Именно 1917-1920 годы, годы революции и гражданской войны, знаменуют новый этап в творчестве художницы. По цветовому и композиционному решению росписи ее этого периода очень разнообразны. Фон, как правило, уже не белый, а чаще всего цветной; эмоционально насыщенный, накаленный до предела цвет выступает как образ, он помогает раскрыть содержание произведения. Меняется трактовка цветов, которые выступают как самостоятельные величины. Иногда один цветок заполняет весь лист.

По-новому строится композиция. Она становится компактнее, целенаправленная, уже не симметрична, как в прежних работах художницы.

Красный Май. 1917, 1922
Красный Май. 1917, 1922

Одной из характерных работ художницы периода революции является роспись «Красный Май». На зеленом фоне с интенсивным изумрудным отливом, передающий майскую зелень — большой красный цветок, стебель которого переходит в серп. Он связан с линиями серпа, линии соцветия ритмичны движениям линий по спирали. Зеленый фон вступает в цветовое единство с красным цветком, который в свою очередь имеет градации от теплой киновари докрасна холодного краплака. Зеленое в соотношении к красному звучит как холодное, поэтому цветок вспыхивает ярко.

В композиции видим и другие цвета. Синие и голубые цветы двигаются ритмично вокруг серпа и венчают его замкнутым кругом. По отношению к ним зеленый фон звучит уже как теплое. Благодаря большой пятне красного цветка и ее цветовой противоположности с зеленым фоном создается впечатление глубины, пространства.

Вкрапления черной краски на листьях и белые зубцы серпа усиливают цветовую мелодию. Красный цвет в росписи «Красный Май» является ведущим и выступает как цвет наивысшего напряжения, как символ революции. Вихри изображенных цветов на пылающих фонах — это бурные потоки революционного времени. 

Украинский венок. 1918
Украинский венок. 1918

«Украинский венок» — такое название одной из лучших работ художницы. Мотивом ее является традиционный венок счастья, который сплетают девушки в украинских селах согласно древним народным обычаям. Композиция решена лаконично. Венок вписан кругом в квадратную форму листа. Цветы округлые, разные по величине, листочки имеют острые края. Полукруглые линии замкнутого круга противостоят остроконечным прямым. Композиция росписи строится на двух больших узлах теплых и холодных цветов.

Два полюса — теплый оранжевый, в котором решен фон, и доминирующий холодный синий кобальтовый с градациями от светлых, ясных в темных фиолетовых, в которых представлены цветы, — усиливают эмоциональное звучание произведения. Предельно интенсивные теплые и холодные цвета композиции сплетаются в сказочный колористический венок.

Роспись Ганны Собачко «Украинский венок» отражает время, дыхание тех пламенных лет, когда в боях и походах красных полков рождалась новое государство — Советская Украина, передает веру в светлое будущее родного края, радость, вызванную в творчестве художницы Октябрьской революцией.

Исходя в своем творчестве из народных традиций, Ганна Собачко стала одной из зачинательниц украинской советской народной декоративной живописи.

Вместе с ней в эти годы выступают со своими произведениями и известные народные художники И. Гончар, В. Довгошия, Е. Пшеченко. Наряду с росписями Ганны Собачко их работы экспонировались в Первомайские дни 1919 года в Киеве на выставке «Современное творчество украинского села». Эту выставку организовала секция прикладных искусств отдела искусства при коллегии образования и пропаганды Киевского Совета рабочих депутатов. Активное участие в организации ее принимали художники В. Меллер, Н. Генке-Меллер, Е. Прибыльская, Е. Спасская и писатель И. Эренбург. Сам факт открытия выставки был откликом на известный декрет ВЦИК «О средствах содействия кустарной промышленности», опубликованный 27 апреля 1919 года в газете «Правда». Этот декрет, принятый в тяжелые годы гражданской войны, сыграл большую роль в развитии народного искусства в нашей стране.

Выставка «Современное творчество украинского села» была первой выставкой народного искусства на Украине в годы Советской власти. И именно здесь народное искусство получило настоящее признание и перестало быть безымянным.

Произведения Ганны Собачко экспонировались в отдельном зале и были в центре внимания общественности. По ее работам были выполнены также большие панно, украшавших праздничный Киев.

Росписи Ганны Собачко свидетельствовали, что народное искусство не является чем-то постоянным, раз навсегда данным, оно развивается, обогащается, наполняется новым содержанием, отражает дух времени. Поэтому произведения художницы были так популярны. Уже в первые годы Советской власти их показывали на выставках в Москве (1923 г.), в Берлине, Дрездене и Мюнхене (в 1922 г., 1924-1925 гг.). В 1927 году работы Анны Собачко экспонируются в Москве на выставке «Искусство народов СССР», посвященной десятой годовщине Великого Октября. 

В 1922–1927 годах киевская выставка «Современное творчество украинского села» объехала крупнейшие города Германии. Высокую оценку произведениям талантливой украинской художницы дал писатель, очеркист и публицист Илья Эренбург.

С 1928 года Ганна Шостак стала самостоятельно работать художником в области оформления тканей и ковров во Всесоюзном объединении по экспорту кустарно-художественных изделий и ковров «Коверкустэкспорт» Наркомата внешней и внутренней торговли СССР. В 1931 году её (несмотря на то, что не было специального художественного образования) привлекли к участию в оформлении Украинского павильона на Всесоюзной сельскохозяйственной выставке народного хозяйства. За эту работу Ганна Феодосиевна была удостоена почетного звания «Мастер народного искусства УССР» и, «как художник с определившимся творческим лицом», была принята в Союз художников СССР. Уже на следующий год ей, известному и признанному украинскому мастеру декоративного искусства, предложили работу в артели «Экспортнабивткань» в подмосковном поселке Черкизово. 

Семье талантливой художницы – ей с мужем Владимиром Федотовичем и детьми Антоном, Иваном и Афанасием на улице 1-й Колхозной правление местного колхоза «Память Ильича» продало маленький (18 квадратных метров), напоминавший украинскую мазанку, беленький домик с соломенной крышей и земляной завалинкой. 

Новая хозяйка не смирилась с убогостью своего жилища и разрисовала печку петухами, самодельный посудный шкаф цветами, развесила бумажные рушники с узорами. Возле дома она посадила царственные в период цветения мальвы, полыхающие все лето бархатцы, радующие глаз до самых морозов объемными бутонами разных расцветок стройные и горделивые панычи или, по-научному, майоры. 

Едва появившись в поселке, Ганна Феодосиевна сразу обратила на себя внимание: была полноватая, очень подвижная, с живыми черными глазами, остроумная и веселая. Ходила в вышитой корсетке и повязанной на украинский манер яркой цветастой косынке. Говорила по-украински, да так бойко, что не то, что неторопливые местные жители, но даже домашние не всегда ее понимали. Говорить, писать, читать и даже расписываться по-русски она не умела. 

Окончившая в украинском Днепропетровске педагогический техникум местная жительница Людмила Кедрина пригласила Ганну Шостак в поселковый совет, где располагался пункт ликвидации безграмотности, и вечерами регулярно проходили занятия. Ганна оказалась способной ученицей, и вскоре Людмила Ивановна научила ее сносно читать и писать на русском языке. 

Через свою учительницу и теперь уже подругу Ганна познакомилась с ее мужем – поэтом Дмитрием Кедриным. Дочь Дмитрия Борисовича Светлана Кедрина, много лет спустя, вспоминала: 

«У нее были удивительно гибкие пальцы и тонкие запястья. Папа очень уважал тетю Ганну и всегда целовал ей при встрече руку. 

«Дмитро Борисович, хіба я панянка, шо ви мені руку цілуєте?» – спрашивала она, смущаясь. «У вас такие искусные руки, Ганна Федосеевна (так называли ее по-русски. – В.П.), что любая барыня позавидует», – отвечал отец. 

Тетя Ганна всегда держала в руках какой-нибудь цветок и, разговаривая, внимательно его рассматривала. 

«Яка красота! Усе таке гарне – і пестик, і тичинки! Глянь, Світланко! – обращалась она ко мне». 

По свидетельству Светланы Дмитриевны, Ганна Феодосиевна считала уроженца Юзово, а, точнее, Богодуховского рудника – предшественника нынешнего города Донецка, Дмитрия Борисовича Кедрина своим земляком и мечтала вышить ему на память косоворотку, так как ей было очень приятно, что он единственный в поселке понимает ее украинскую «мову». Именно Ганна Шостак рассказала поэту легенду о материнском сердце, по мотивам которой Дмитрий Кедрин в 1935 году написал свое, ставшее широко известным, стихотворение «Сердце», снабдив его подзаголовком «Бродячий сюжет». 

В артели «Экспортнабивткань» Ганна Шостак освоила самую массовую специальность – разрисовщица с зарплатой 240 рублей. Но ее прирожденный талант и приобретенные еще в школе при кустарных мастерских навыки быстро проявились и здесь. Новая ее должность – образцовщица ко многому обязывала: по утвержденному художественным советом рисунку художника она выполняла образец, по которому артельщицы разрисовывали специально закупленные в Голландии льняные ткани. Готовая продукция – платки, ковры и шали отправлялись на экспорт в Америку и Англию, где пользовались огромным спросом. За высокие показатели в труде в 1932 году артель удостоилась Почетной премии на юбилейной выставке промкооперации, а спустя два года заняла второе место в системе Мостекстильсоюза и награждена Почетной грамотой. 

Работая в артели образцовщицей, Ганна Шостак и сама много рисовала. Из-под ее рук выходили самобытные рисунки в традициях украинского народного искусства. Ее работы этого периода неоднократно показывали на всесоюзных, украинских и зарубежных выставках. 

Третий период творчества Ганны Собачко начинается с 1932-1936 годов и продолжается до наших дней.

Работы Ганны Собачко, созданные тогда, были показаны в нашей стране и на международных выставках в Париже (1937 г.) и Нью-Йорке (1939 г.). В 1936 году ее произведения экспонировались в Киеве на Республиканской выставке украинского народного искусства, которая демонстрировалась также в Москве и Ленинграде. Наряду с работами Ганны Собачко на ней выставлялись и произведения ее ученицы Прасковьи Власенко, и работы Марии Примаченко, Татьяны Пати, Надежды Белоконь, Марии Пособчук, мастера народной керамики Ивана Гончара и др. Выставка свидетельствовала о расцвете украинского народного искусства в годы Советской власти.

С началом Великой Отечественной войны 1941–1945 годов работа артели была перестроена на выпуск продукции для фронта – парашютного шелка, варежек, теплого белья, вещмешков, маскировочных сетей. Но и в эти годы творческая работа Ганны Шостак не прерывалась. По словам жены среднего сына Ивана – Валентины Николаевны, в военные годы она работала «по художественной части» в Москве, в районе нынешней Капотни. 

Двое сыновей – старший Антон и средний Иван были призваны в действующую армию. С помощью Людмилы Кедриной Ганна Феодосиевна часто писала им на фронт ободряющие письма, но беда не обошла стороной ее дом: однажды почтальон принес ей «похоронку» на Антона. 

После окончания войны дважды раненый и с девятью боевыми наградами вернулся в Черкизово Иван. Он стал присматриваться к тому, что делала мать, но помогать ей не спешил, может быть, потому, что на войне несколько огрубел и не раз признавался, что рисовать цветы, – не мужское дело.

В 1949 году артель «Экспортнабивткань» была преобразована в промартель «Набивткань». В начале 1950 годов в ней трудились около 300 человек. В эти годы художники предприятия Клавдия Левина, Нина Букатина, Валентина Соколова и Надежда Загорулько освоили и предложили новую технологию перевода рисунка на ткань – батик. По этой передовой для того времени технологии рисунок наносился при помощи тонкого слоя воска, и при опускании материи в краску она окрашивала только непокрытые воском части ткани. 

В 1952 году основное здание промартели пришлось передать только что открывшейся Высшей школе промкооперации (ныне Российский государственный университет туризма и сервиса – В.П.), а все оборудование ритмично работавшего предприятия перевезти в гаражные помещения на 1-ю Колхозную улицу. Сотрудники сами на руках носили туда свое имущество и в короткий срок возобновили производство на новом месте. 

Постановлением Совета Министров РСФСР 24 сентября 1960 года промартель «Набивткань» стала государственным предприятием – фабрикой, но уже в середине 1960-х годов фабрика перешла в подчинение фирмы «Весна» из города Щелково в качестве ее филиала. Фактически от фабрики остался только один цех, в котором 150 сотрудниц по трафаретам вручную раскрашивали платки и косынки.  

Ганна Феодосиевна, несмотря на свой уже к тому времени преклонный возраст, продолжала вдохновенно трудиться на фабрике. Для этого последнего периода ее творчества стал характерен лирико-эпический стиль. Композиции ее работ 1960-х годов «Мои любимые цветы», «Скворечник», «Приднепровские цветы», «Ваза с цветами», «Ромашки», «Жар-птицы», «Рыба», «Счастливый час» приобрели величавость, а рисунки – филигранную отточенность. Краски, хотя и сохранили яркость, стали одновременно нежными и бархатистыми. В ряде работ цветы преобразуются в птиц, рыб, изредка – в людей. Это единое композиционное сплетение цветов, птиц, рыб и людей отдаленно напоминало древние славянские тератологические орнаменты, связанные с мифологическими верованиями. 

В 1965 году Ганна Шостак стала лауреатом республиканской премии имени Тараса Шевченко и получила денежную премию 2500 рублей, а ее работы были показаны на персональной художественной выставке в Киеве. На закате жизни художница воспринимала окружающую ее действительность как радостные цветы, обращенные к добру и мечте, надежде и счастью украинского народа. 

Умерла Ганна Феодосиевна 3 декабря 1965 года, отдав фабрике около 33 лет своей наполненной художественным творчеством жизни. Работавшие все эти годы рядом с ней запомнили ее скромным, добрым и отзывчивым человеком, поэтому проводить в последний путь и проститься пришли всем миром. Гроб по усыпанной калиной дороге люди несли на вышитых художницей рушниках. Скорбная процессия прошла от дома через весь поселок и до сельского кладбища за краснокирпичным с голубыми куполами храмом Покрова Пресвятой Богородицы. 

Отдавая дань уважения самобытному художнику «украинке Ганне-рисовальщице», как звали ее в поселке, в 1966 году, по инициативе жителей Черкизово, 1-я Колхозная улица была переименована в улицу Ганны Шостак. 

В начале 1990-х годов цех росписи тканей бывшей фабрики «Набивткань» был преобразован в коммерческую фирму, и при регистрации в память о Ганне Шостак получил название «Ганна». Еще через несколько лет, на пике слома эпох, предприятие пережило пожар, прекратило свою производственную деятельность и не восстановилось. 

«Произведения Ганны Феодосиевны Собачко — золотая страница в истории украинского искусства», — так сказал о них украинский писатель и поклонник народного творчества Михаил Стельмах. Росписи художницы, обозначены высокой культурой формы, характерной для народного искусства, представляют большую историческую и эстетическую ценность и могут быть предметом серьезно го и внимательного изучения.

Цветы в произведениях Ганны Собачко не безымянные — это цветы добра и мечты, надежд и размышлений, деяния и счастья нашего народа, они правдиво передают колорит украинской природы, ее богатство.

Следуя примеру матери, художником декоративного искусства стал сын  Ганны Феодосиевны – Иван Владимирович Шостак. В своих оригинальных  работах он дал полную свободу воображению. Его росписи отличаются  смелостью и насыщенностью изображения фантастических цветов, сложными  узорами, образующими целый мир, в котором уживаются люди со своими  узнаваемыми предметами быта, звери и птицы. 

Иван Шостак стал  членом Союза народных мастеров Украины, членом Московского Союза  художников и с 1974 года – членом Союза художников СССР. В 2001 году за  творческое продолжение созданного Ганной Шостак цикла «Цветы Украины»  и существенный вклад в развитие культуры ему присуждена ставшая к тому  времени высшей наградой Украины в области культуры и искусства «Национальная премия Украины имени Тараса Шевченко».  Работы Ивана Шостака входят в постоянную экспозицию музея народного  декоративного искусства в Москве, более 100 произведений выставлены в  постоянных экспозициях и хранятся в фондах различных музеев страны. 

«Я счастлив тем, что искусство моей матери дошло до наших дней»,  – писал Иван Владимирович. 

Народная художница Украины Ганна Верис  назвала его примерным сыном своей великой матери Ганны Феодосиевны  Собачко-Шостак. 

На открытии персональной выставки Г. Собачко-Шостак в Киеве в 1965 году (Музей Т. Г. Шевченко). В центре сидят: Г. Синица, Г. Собачко-Шостак. Рядом стоит внучка художницы Аленка Шостак. Во втром ряду стоят: третий слева Г. Местечкин, крайний справа — И. Шостак, сын художницы.
На открытии персональной выставки Г. Собачко-Шостак в Киеве в 1965 году (Музей Т. Г. Шевченко). В центре сидят: Г. Синица, Г. Собачко-Шостак. Рядом стоит внучка художницы Аленка Шостак. Во втром ряду стоят: третий слева Г. Местечкин, крайний справа — И. Шостак, сын художницы.

Почти не осталось людей, знавших ее лично, но остались воспоминания и ее  работы, которые бережно хранятся по домам местных жителей. Одна  из таких работ платок, на котором  в полной своей красоте живут мальвы – сочные, яркие, живые.

Платок Ганны Шостак сохранила Людмила Ивановна Исаева, работавшая  на этой же фабрике и живущая в Черкизово. Работу с батиком она, как и  Ганна, знает досконально, но считает себя ремесленником. Художник – это  Шостак, отдавшая батику последние 30 лет жизни. 

 «Я не застала на фабрике Ганну Феодосиевну, к тому времени, как пришла  на производство, она уже вышла на пенсию, — делится сокровенным Людмила  Ивановна Исаева. – Но про нее мне много рассказывала мама, которая с ней  трудилась. Шостак была на фабрике батичкой — образцовщицей. Это значит,  что рисунки создавал художник, а она переносила их на материал. При  этом у Ганны были свои творческие работы, свой почерк. Ее платки  не спутаешь ни с чьими другими. Кстати, батик в Черкизово появился  в начале 30-х годов, вместе с Шостак, и развивалось это производство  долгие годы, принося большую прибыль. Ручное производство оценивалось  дорого». 

Платки отличала существенная особенность — краски на них сохранялись всю  жизнь – не выгорали, не блекли, так и несли свою силу и яркость. 

На предприятии «Экспортнабивткань» работали все женщины поселка,  поэтому Шостак – лидера художественного направления – знали все. Кстати,  слово «батик» в переводе с индонезийского означает капля воска, у нас  переводится как ручная роспись по ткани. Эта роспись стоила женщинам  здоровья, поскольку производство батика очень вредное. Все красители  растворялись при помощи кислоты, ватный тампон, которым делали размывку  цветов, пропитывали спиртом. Житель поселка Черкизово Елена  Александровна Стрюкова до сих пор вспоминает, как от нее в детстве и в  школьные годы всегда пахло кислотой. Ее мама работала и дома. Натягивала  белый платок на большую раму, здесь же варила клей, и рисовала.  Маленькая Лена, подражая маме, тоже вертелась рядом. Свой первый рисунок  на платке сделала еще маленькой девочкой. И у матери приняли на фабрике  тот платок, как третьесортный.

«Мама и подружек своих рисовать научила, причем, и на газовых, и на  шифоновых, и на крепдышиновых платочках», — рассказывает Елена  Александровна. – Возьмет в одну руку майонезную баночку с красками,  в другую – струганные палочки и ватные тампоны, и «жонглирует» ими,  словно в цирке».

Памятная доска на доме №26, в котором жила и работала Ганна Феодосиевна Шостак в Черкизово
Памятная доска на доме №26, в котором жила и работала Ганна Феодосиевна Шостак в Черкизово

Источники:

Местечкін Г. Ганна Собачко. Київ, Мистецтво, 1965.

«Украинка Ганна-рисовальщица»
Автор: Василий ПАНЧЕНКОВ, заслуженный работник культуры РФ

Ганна-рисовальщица
Автор: Наталья Анохина

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded