dem_2011

Categories:

1 (24) июля 1909 г. родился Николай Павлович Гронский – русский поэт «первой волны» эмиграции

Дом-музей Марины Цветаевой

1 (24) июля 1909 г. родился Николай Павлович Гронский – «поэт-альпинист», адресат писем и стихов Марины Цветаевой. «Он любил меня первую, а я его – последним. Это длилось год. Потом началось – неизбежное при моей несвободе – расхождение жизней, а весной 1931 г. и совсем разошлись: наглухо» – так в декабре 1934 г., уже после гибели Гронского (в результате несчастного случая в метро), определила Цветаева историю их отношений.

Но письма «того лета» – остались… Вот несколько коротких цитат: «несколько ударов сердца»…

ЦВЕТАЕВА – ГРОНСКОМУ

17 мая 1928

«Кóлюшка, может быть я плохо делаю, что говорю с Вами беспощадно – как с собой.

Например сегодняшнее – о простоте, доброте, чистоте. Кто был со мной – если не проще – то добрее и чище Вас? Мы мне начинаем напоминать такую быль. Кто-то – Италия, Возрождение – приревновал свою жену к какому-то юноше. Мечта “застать с поличным”. И застает– сомолящимися.

Чтó мы с Вами – как не вместе молимся? (Каким богам?) <…>»

ГРОНСКИЙ – ЦВЕТАЕВОЙ

<24 августа 1928>

«<…> У Андерсена прочел про нас – “она поцеловала мальчика и стала совсем одного с ним возраста”. – Ведь никогда не обращал раньше внимания, а сказку эту читаю часто (“Бузиновая Матушка”)».

<1 сентября 1928>

«Марина, если бы я сошел с ума, то построил бы себе домик из книг, которые Вы мне подарили и там Ваш портрет был бы – Вы. <…> Подумайте, какой был бы дом: в нем как раз не было бы четвертой стены: крыша – мифология, Ремесло правая стена, После России – левая, сзади альбом для стихов. – Это была бы хорошая комната: без четвертой стены, – такая Вы для меня».

<4 сентября 1928>

«Дорогая Марина, спасибо Тебе за письмо. Оно мне радость (Радость = Страданье – знаешь, у Блока – “Роза и Крест” (?) <…>). <…> Знаешь, у древних (и у греков, и у римлян) поэт и прорицатель одно слово: vatis. – Прочел это в большой мифологии (Твой подарок), но знал и раньше. Так вот и Ты – Кассандра, которую никогда не слушали, но ведь Гомер слышал, слушал.

Другим моей печали не понесу, не м.б. помощи кроме Тебя. Хочется мне Тебе сказать, как Давид говорил Богу: Ты мой щит, мой лук, мое прибежище».

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded