dem_2011

Categories:

«У людей, мама, несчастье, как же этим пользоваться?» — нетипичная история о порядочности

Дмитрия Шостаковича возносили, осыпали  наградами. Его же лишали должностей, музыку запрещали, спектакли  закрывали. Многое в его личности осталось загадкой, но есть истории,  которые говорят сами за себя… 

«На девятнадцатом году революции Сталину пришла мысль (назовём это так) устроить в Ленинграде «чистку». Он изобрёл способ, который казался ему тонким: обмен паспортов. И десяткам тысяч людей, главным образом дворянам, стали отказывать в них. А эти дворяне давным-давно превратились в добросовестных советских служащих с дешёвенькими портфелями из свиной кожи. За отказом в паспорте следовала немедленная высылка: либо поближе к тундре, либо — к раскалённым пескам Каракума.  

Ленинград плакал.

Незадолго до этого Шостакович получил новую квартиру. Она была раза в три больше его прежней на улице Марата. Не стоять же  квартире пустой, голой. Шостакович наскрёб немного денег, принёс их  Софье Васильевне и сказал:

— Пожалуйста, купи, мама, чего-нибудь из мебели.

И уехал по делам в Москву, где пробыл недели две.

А когда вернулся в новую квартиру, глазам своим не поверил: в  комнатах стояли павловские и александровские стулья красного дерева,  столики, шкаф, бюро. Почти в достаточном количестве.  

— И всё это, мама, ты купила на те гроши, что я тебе оставил?

— У нас, видишь ли, страшно подешевела мебель, — ответила Софья Васильевна.

— С чего бы?

— Дворян высылали. Ну, они в спешке чуть ли не даром отдавали вещи. Вот, скажем, это бюро раньше стоило…

И Софья Васильевна стала рассказывать, сколько раньше стоила такая и такая вещь и сколько теперь за неё заплачено.

Дмитрий Дмитриевич посерел. Тонкие губы его сжались.  

— Боже мой!..

И, торопливо вынув из кармана записную книжку, он взял со стола карандаш.

— Сколько стоили эти стулья до несчастья, мама?.. А теперь сколько ты  заплатила?.. Где ты их купила?.. А это бюро?.. А диван?.. и т. д.

Софья Васильевна точно отвечала, не совсем понимая, для чего он её об этом спрашивает.

Всё записав своим острым, тонким, шатающимся почерком, Дмитрий  Дмитриевич нервно вырвал из книжицы лист и сказал, передавая его матери:

— Я сейчас поеду раздобывать деньги. Хоть из-под земли. А завтра,  мама, с утра ты развези их по этим адресам. У всех ведь остались в  Ленинграде близкие люди. Они и перешлют деньги — туда, тем… Эти стулья  раньше стоили полторы тысячи, ты их купила за четыреста, — верни тысячу  сто… И за бюро, и за диван… За всё… У людей, мама, несчастье, как же  этим пользоваться?.. Правда, мама?..  

— Я, разумеется, сделала всё так, как хотел Митя, — сказала мне Софья Васильевна.

— Не сомневаюсь.

Что это?..

Пожалуй, обыкновенная порядочность. Но как же нам не хватает её в жизни! Этой обыкновенной порядочности!»

Автор: Анатолий Мариенгоф
По материалам: Избранное

Источник

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded