dem_2011 (dem_2011) wrote,
dem_2011
dem_2011

Category:

Павел Ривилис (1936–2014)

Rivilis-Pavel

© Галина Кочарова
15 мая 2014 года

Павел Ривилис

Текст передачи для молдавского радио (ориентировочно год 1985)

Павел Ривилис… С именем этого композитора – одного из наиболее оригинальных мастеров Молдавии – связаны многие впечатления слушателей в сфере инструментальной музыки. Ранее, в студенческие годы и вскоре после окончания Кишиневской консерватории, он успел приобрести немалый образ и в других жанрах, написав оперу, сочинения для хора, ряд романсов и песен. Однако затем круг его интересов постепенно все более концентрируется вокруг центральной творческой задачи: средствами симфонизма Павел Ривилис стремится воплотить универсальную тему искусства – человек в окружающем его мире и мир, отраженный в человеке.

Поначалу ведущим симфоническим жанром для него стала симфония. Еще, что называется, на школьной скамье он обращается к этой традиционной форме – одной из наиболее емких и масштабных по замыслу и философски углубленных по тематике. Написанная в 1959 году, Первая симфония была его дипломной работой; а еще через два года, после успешного исполнения на Втором съезде композиторов Молдавии, она была отмечена жюри Всесоюзного смотра молодых композиторов, на котором Павлу Ривилису присудили диплом I степени.

Следуя академическим образцам, автор строит Симфонию по принципам традиционного четырехчастного цикла. Особенно привлекательны лирические его страницы. Наиболее широко представляет их третья часть, насыщенная богатой, выразительной мелодикой широкого дыхания.

Первая симфония, третья часть

Это произведение П.Ривилиса – как и следующая его, «Детская» симфония, отличается обобщенным характером образного строя и музыкального языка, ориентированного на лучшие образцы классического и советского музыкального стиля – и прежде всего, на творчество Прокофьева, Кабалевского, в меньшей степени – Шостаковича. Однако при всем том в обеих симфониях ощутима самобытность почерка молодого автора.

Наиболее же яркие результаты связаны в творчества Павла Ривилиса с поисками в области фольклорной образности. Как и многие Художники нашего времени, пытаясь выразить всю полноту, многосторонность правды жизни, он приходит к отрицанию столь популярного тезиса о разделенности человеческой культуры на «городскую» и «сельскую».

Погружение в среду сельского фольклора, и по сей день бережно сохраняемого и любовно культивируемого в Молдавии, подарило его музыке прочную основу. Первой серьезной попыткой претворения фольклорных элементов стала для П. Ривилиса Соната для альта соло, где он стремился воплотить идею сочетания баховских форм с народным мелосом.
По-настоящему же находит композитор свой собственный стиль уже в Сюите для скрипки и фортепиано, созданной в 1967 году. В пяти частях этого сочинения, снабженных программными заголовками, свободно развиваются краткие мелодические попевки фольклорного происхождения. Стихия безудержного танца и веселья, задушевный лиризм неторопливого сказа, трагическая скорбь причета, звонкий клич пастушеских труб и наигрыш лэутарской скрипки – таковы страницы этого музыкального «микро-романа», повествующего об одухотворенности бытия на родной земле.

Методы разработки фольклорного материала, найденные здесь П. Ривилисом, по-своему претворяют опыт Бартока и Стравинского. Вторую часть этой сюиты, названную «Балладой о трех чабанах, ее исполнитель, видный молдавский композитор и скрипач, заслуженный деятель искусств МСССР Георгий Няга даже назвал в шутку «молдавской сицилианой» в духе «Пульчинеллы» Стравинского.

Сюита для скрипки и фортепиано, часть вторая

Позже, в 1977 году, П. Ривилис вновь обращается к этому сочинению, создав на основе его музыкальных тем крупное симфоническое полотно – «Концерт для оркестра». Здесь технические и образные его задачи еще более широки. Он старается воссоздать фольклорный стиль и манеру коллективной «тарафной» импровизации, достигая этого средствами симфонического оркестра. Тем самым он преображает древнюю традицию, переосмысливает во имя выражения чувств человека сегодняшнего дня.

Концерт для оркестра, часть первая

В «Концерте для оркестра» П. Ривилис выступает уже как крупный мастер-симфонист, опирающийся на опыт создания таких произведений, как «Чакона» и «Симфонические танцы», ставшие свидетельством зрелости композиторских замыслов. И если «Чакона» - блестящая транскрипция знаменитого баховского сочинения – побудила его по-новому раскрыть перед слушателем вечную, нетленную красоту классического наследия, то «Симфонические танцы» в полной мере отразили непреходящую ценность традиции фольклорной.

Написанные в 1969 году, «Танцы» принесли Павлу Ривилису широкую известность и признание. Интересна история их создания. Задуманные поначалу как «популярно-массовое» произведение, по типу «Танцев» Дворжака или Брамса, в процессе работы они потребовали совершенно иного подхода. Дело было в самом материале: отобранный композитором фольклорный молдавский мелос не укладывался в привычные рамки традиционных методов разработки тематизма. Решение проблемы было найдено в самой фольклорной традиции. Именно здесь почерпнул композитор приемы развертывания музыкальной ткани из одной интонации, прихотливого ее варьирования и метроритмической переакцентировки.
Тогда же зародилась в нем и тяга к малым формам. Отныне ведущей в его творчестве становится струя лирико-жанрового симфонизма. Цепь жизненных впечатлений, воплощенных в небольших музыкальных зарисовках, слагается в единое целое в причудливом калейдоскопе сельских типов. Так создается панорамность, объемность отраженного в музыке П. Ривилиса жизненного образа.

Свежесть и самобытность его «Симфонических танцев» и «Концерта для оркестра» были по достоинству оценены широким слушателем. Страницы этой музыки, по сути дела отражающей творческое кредо автора, заставляют по-новому осмыслить тезис о фольклорной почвенности музыкального искусства. Да только ли музыкального искусства?
Невольно вспоминаются прекрасные строки из стихотворения молдавского поэта Думитру Матковски «Зерно и слово» в переводе Рудольфа Ольшевского:

Моей душе, чтоб слово обрести,
Необходимо к роднику склониться,
Ей нужно колос потереть в горсти,
Когда созреет золото пшеницы.

О, эта деревенская душа,
За долгий  труд нам данная в награду,
Она с корнями вместе, не спеша,
Стремится вглубь -  и в песню, и в балладу…

(дать на фоне текста наплывом пятую часть «Симфонических танцев, начиная с соло флейты, после соло тромбона).

Высокого уровня профессионализма достигает композитор в отделке стиля в двух своих циклах симфонических пьес, хотя и разделенных десятилетием, но носящих в чем-то сходные названия: «Унисоны» и «Бурдоны». Роднит эти произведения и максимально экономное отношение к мелодическому материалу, исчерпывающее его развитие, а также глубокое осмысление тембровых возможностей оркестра. Те же принципы Павел Ривилис стремится претворить и в своей музыке к театральным постановкам – тоже главным образом инструментальной. Перу его принадлежит музыка к спектаклям ведущих театров республики – театров им. Чехова, им. Пушкина, «Лучафэрул», «Ликурич»… В их афишах имя Павла Ривилиса соседствует с названиями лучших образцов мировой драматургии – чеховской «Чайки», «Марии Стюарт» Шиллера, пьес А. Островского, П. Мариво, постановок по В. Шукшину, Г. Маларчуку.

Павел Ривилис стоит на пороге своего пятидесятилетия. Приближение первого юбилея заставляет обычно подводить и первые итоги. Это итоги не только творческого, но  теперь уже и солидного  педагогического труда по воспитанию молодых композиторов. В числе его учеников – Анатол Кирияк и Ион Алдя-Теодорович, популярные в республике и за ее пределами.  Эти итоги – и в воспоминаниях, в словах благодарности людям, бывшим его собственными наставниками в творчестве – профессору Л. Гурову, его первому педагогу, сменившим его позже В. Загорскому и Н. Лейбу. Иконечно, оказавшему неоценимую помощь своими советами профессору Ю. Фортунатову, творческое общение с которым, начавшись в 60-е годы, продолжается до сих пор. Под его руководством оттачивалось оркестровое мастерство Павла Ривилиса.

…Премьеры сочинений П. Ривилиса нечасты, и каждая из них – итог серьезнейшего поиска своего пути в искусстве. Высокий интеллектуализм заставляет композитора с огромной требовательностью подходить к каждому новому своему сочинению. Здесь, в музыке, он стремится отразить все, что хранит память человека общественного, повернутого лицом ко всему миру. Человека, увлеченного творчеством старинных мастеров, современным искусством и культурой вообще, человека-патриота, влюбленного в свою землю и ее народ.
Звучит фрагмент из третьей части «Концерта для оркестра» («Кэлушарий»)

*          *          *
Примечание:  на днях я нашла у себя машинописный текст этой радиопередачи, в свое время подготовленной мной и прошедшей на Молдавском радио. Хочу добавить, что после этого под моим руководством защитила дипломную работу, посвященную камерно-инструментальным сочинениям  П. Ривилиса Ирина Иванова, затронувшая также и проблему личности этого замечательного композитора, интереснейшего лектора-педагога, профессора, к которому много позже после окончания вуза постоянно приходили за консультацией его бывшие ученики. Немалый вклад в воспитание композиторской молодежи П. Ривилис внес как консультант Союза композиторов МССР, расширив затем круг своей аудитории за счет членов семинаров, регулярно проходивших в советское время в Доме творчества композиторов в Иванове.

Позже, помимо постоянных контактов по работе в Кишиневском институте искусств (позже в результате многократных реорганизаций переименовывавшегося  то в  Молдавскую консерваторию, то в Академию музыки, то в Университет искусств и, наконец – в Академию музыки, театра и изобразительных искусств), мне довелось  отвезти в Москву и передать редактору-составителю переписку Павла Борисовича Ривилиса  с Юрием Александровичем Фортунатовым для публикации в сборнике, посвященном памяти покойного уже к тому времени Юрия Александровича. Позже таким же образом я смогла привезти Павлу Борисовичу его экземпляр уже вышедшего в свет издания.

Высокий интеллектуальный уровень П. Ривилиса, как и его композиторский талант всегда собирал вокруг него заинтересованных собеседников. Немалую роль играло и его чувство юмора, нередко обогащенное сатирическим отношением к событиям окружающей жизни. Его критический ум сказывался и в том, как точно он оценивал во время дискуссий на творческих собраниях какое-нибудь впервые прослушиваемое произведение, давая попутно ценные советы по его доработке.

К сожалению, он не оставил записанными свои лекции по истории оркестровых стилей, где каждая деталь партитуры, освежаясь в памяти слушателей в живом звучании музыки, анализировалась им и представала в результате в новом свете. Много раз я просила его записать все то, что он знает в этой области и чем он хотел бы поделиться на будущее, но ему в конце жизни было уже трудно писать, да и он, видимо,  полагал излишним тратить на это свое время и силы. А появление первых симптомов болезни, унесшей его жизнь, и вовсе сняло этот вопрос с повестки дня.

Сегодня его фотография смотрит со стены  нашей кафедры музыковедениия и композиции в ряду снимков наиболее уважаемых личностей, составлявших ее гордость – Л. Гурова, В. Загорского, З. Ткач, и это – самое малое, чем мы можем сегодня воздать должное его памяти… Впереди – исследовательские статьи, посвященные творчеству П.Б. Ривилиса и традициям, установленным им в обучении сегодняшних молодых композиторов и музыковедов.
Tags: Галина Кочарова, Павел Ривилис
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments