dem_2011 (dem_2011) wrote,
dem_2011
dem_2011

Category:

Гита Страхилевич в воспоминаниях современников



Гита Борисовна Страхилевич  — легенда молдавской музыкальной культуры. 13 июня 2014 года ей исполнилось бы 99 лет. Осенью этого года готовится презентация книги о Гите Борисовне, написанной и подготовленной к изданию ее дочерью, Софией Пропищан, засл. арт. России, завкафедрой струнных инструментов Нижегородской консерватории.

Сегодня — небольшая часть из Воспоминаний.

Два прикосновения

Гиту Борисовну помню как очень живого и энергичного человека. Несмотря на то, что мы почти не общались, у меня осталось чувство близкого и родного человека. Я был счастлив, когда Гита Борисовна исполнила мои 8 маленьких пьес для фортепиано. Это было одно из моих первых сочинений, которое публично исполнялось на Смотре молодых композиторов Молдавии. Гита Борисовна пригласила меня к себе домой, так сказать, на репетицию. Я взял ноты и поехал к ней на Рышкановку. В глубоком волнении долго не решался нажать на кнопку звонка. Гита Борисовна встретила меня в домашнем халате, извинившись, что она только что возилась на кухне. Взяв ноты, она поставила их на пульт и тут же сыграла. Спросила меня: «Так?» Не помню, что я промямлил в ответ, но был поражен тем, с какой легкостью Гита Борисовна сыграла пьесы, представлявшие, на мой взгляд, некоторые технические трудности.

Вторая встреча произошла в стенах консерватории, но не в основном корпусе, а в пристройке, где была раньше СШ № 5, позже переданная консерватории и впоследствии развалившаяся, как раз там находились классы духовиков. На этот раз Гита Борисовна вместе с Валерием Рендюком играла Сонату для гобоя и фортепиано. Играла она, как всегда легко, казалось, для нее не существовало никаких трудностей и преград. 3-я часть сонаты была написана в размере 7/16. После репетиции Гита Борисовна шутила, что теперь будет идти домой на 7/16.

Вот такие были два прикосновения к легенде молдавского фортепианного искусства.

Дмитрий КИЦЕНКО

* * *

Легенда музыкального исполнительства Молдавии

Cцена, рояль,
            пианистка.
Тишина...  
              зал замер.
Руки… – готовы
              ринуться в бой,
А приказ «В атаку, на звуки!»
         Где-то задержан, внутри,
Хладнокровным расcчётом души.
        И только расслабились нервы,
И внешне волнение прошло,
        Трепетно вздрогнули клавиши,
Ливнем хлынула музыка – зал замер заново:
        Артистка начала рассказ – словно
Едемский сад вдруг,
                 настежь врата раскрыл
В мир сказок и грёз,
                            сонат, прелюдий
И фуг...  зал впитывал каждое слово, и верил,
                                 верил таланту,
Что блистал столько лет            
                                   на сценах Молдовы.

Гита Страхилевич-Пропищан – это имя-легенда музыкального исполнительства Молдавии. Впервые я услышал о ней, будучи студентом консерватории, а потом я познакомился с ней, работая вначале 70-х годов консультантом по фольклору в Союзе композиторов Молдавии. Ввиду своей деятельности, я участвовал в организации съездов, пленумов, а также музыкальных вечеров и встреч, которые проводил Союз. Буквально на всех программных афишах этих мероприятий красовалось имя замечательной пианистки, заслуженной артистки Молдавии Гиты Страхилевич. Все композиторы cтарались представить на суд публики свои новые работы именно в её исполнении. Они считали честью для себя, если Гита Борисовна бралась исполнить их произведения, потому что все знали, что это был образованный, серьёзный музыкант, с хорошим и тонким музыкальным вкусом, глубоко понимающий законы музыкальной сцены. Если новый опус прошел через её руки, то можно было с уверенностью сказать, что, во-первых, это стоящее произведение, а во-вторых, в её исполнении произведение получало настоящую путёвку в жизнь. Пожалуй, вряд ли найдётся камерное произведение, написанное молдавским композитором, которого бы она не исполнила. На протяжении более полувека Гита Страхилевич сыграла почти все новые произведения (не только камерные), созданные нашими авторами. Оперы «Грозован» и «Аурелия» Давида Гершфельда, «Серце Домники» Алексея Стырчи ещё до постановки в театре были исполнены в фортепианном варианте. Они были исполнены для узкого круга лиц, и это позволило авторам внести некоторые корректировки в произведения. Клавирные варианты симфоний Соломона Лобеля, Василия Загорского, Георгия Няги были исполнены всё той же неутомимой Гитой Страхилевич. Она также была первой исполнительницей фортепианных концертов Давида Федова и Валерия Полякова, камерных произведений Алексея Стырчи, Павла Ривилиса, Златы Ткач, Аркадия Люксенбурга и др. Она нередко подсказывала авторам где, что, а иногда даже как улучшить некоторые моменты в произведении. Гита Страхилевич могла это себе позволить, потому что она была обладателем настоящего, редкого музыкального таланта, незаурядных способностей; она была музыкантом-профессионалом высокого разряда, у неё была прекрасная пианистическая школа, а наряду с этим, она обладала тонким музыкальным чутьём, которое никогда её не подводило. Она была Великим Музыкантом! Гита Страхилевич обладала феноменальной памятью, о которой до сих пор ходят легенды. Перед ней можно было ставить ноты вверх тормашками и она играла, играла в темпе и с нюансами, а после первого исполнения произведения можно было забрать ноты – она уже всё запомнила и могла играть наизусть. Всесторонне развитая личность, она, одно время увлеклась сочинением. И как результат – родилась оригинальная музыка к двум спектаклям для кукольного театра «Ликурич».

Кстати, сочетание слов «Великий Музыкант» я употребил, так сказать, не ради красного словца, как принято иногда говорить. Гиту Страхилевич я (да и не только я) действительно считаю Великим, незаурядным музыкантом, к сожалению не оценённой должным образом у себя, дома. Видимо, ей не повезло с датой рождения, а может быть с местом рождения. Ей даже звание «Заслуженный артист Молдавской  ССР» дали с трудом, когда ей исполнился 51 год, хотя она заслуживала этого звания даже раньше, чем оно появилось (звание было учреждено 14 марта 1941 года). Этому способствовало одно важное событие в культурной жизни Молдавии. В 1966 году в Республике проходили, обычные в то время для советских людей, Дни дружбы, на сей раз с Венгрией. Так случилось, что у будапештской скрипачки Веры Дьермати не было концертмейстера. Гита Страхилевич выручила, спасла концерт. И, хотя программа была очень сложной, Гита Борисовна справилась, как всегда, блестяще. Концерт прошёл с большим успехом. Публика была в восторге. А самое главное – венгерская солистка, поражённая игрой своего неожиданного концертмейстера, по возвращению в Будапешт тут же прислала официальное приглашение на гастроли в Венгрию нашей прекрасной пианистке. Официальные власти, естественно, не могли послать на гастроли за границу, да ещё в дружественную страну, простого исполнителя и, наконец-то присвоили Гите Страхилевич дважды отвергнутое до этого звание. Таким образом, по стечению счастливых обстоятельств, в Будапеште уже концертировала не Гита Страхилевич, а заслуженная артистка Гита Страхилевич. Официальное признание властями заслуг одного из лучших музыкантов-исполнителей Молдавии пришло точно через четверть века с момента неофициального признания её как прекрасного музыканта и великолепного пианиста. Это случилось в 1941 году, перед войной. Выдающийся пианистЭмиль Гилельс, будучи на гастролях в Кишинёве, услышал в исполнении Гиты Страхилевич концерт Петра Ильича Чайковского в сопровождении духового оркестра под управлением известного в Советском Союзе и за его пределами дирижера и композитора, автора знаменитейших маршев для духового оркестра, Семёна Чернецкого. Эмиль Гилельс был настолько поражён и восхищён манерой исполнения, виртуозностью игры Гиты Страхилевич, что воскликнул: «Такой пианисткой город может гордиться!». Эта высочайшая оценка, этот лестный отзыв из уст всемирно известного Гилельса для скромной пианистки был превыше всяких наград. Да она к ним, к наградам, и не тянулась. Она была к ним равнодушна. Её устремления имели другое направление. Для неё главным был её слушатель, его душа. И, если ей удавалось своей игрой заставить сердца слушателей биться в том же ритме, что и её сердце; если приглашение прикоснуться к мировой музыкальной сокровищнице принималось и слушатели следовали душой и сердцем за тончайшей, сотканной из многочисленных, пульсирующих звуков, ритмов, созвучий, музыкальной мыслью, это и было для неё самой дорогой наградой.


Я горжусь тем, что на моём творческом пути встретился такой прекрасный музыкант и замечательный человек как Гита Борисовна Страхилевич. Я часто вспоминаю наши совместные выступления, организованные Союзом композиторов. Она представляла произведения молдавских композиторов разного жанра после музыковедческих преамбул Зиновия Столяра. Я показывал детские песни, аккомпанируя моей пятилетней дочери Аннушке. Иногда фортепиано в клубах фабрик, где мы часто выступали, бывали такими расстроенными, что не было никакого желания к ним прикасаться. Гита Борисовна относилась к этому философски, с юмором. Вместо выражений, к которым мы уже привыкли в таких случаях: «Я не буду играть на таком инструменте!», она находила интересные сравнения и объяснения типа: «Инструмент, естественно, расстроился, когда увидел, что на нём так долго никто не играет!» Она садилась играть и, почему-то под её пальцами, мне уже вроде и инструмент не казался таким уж расстроенным.

Чувство юмора у неё было хорошо развито. Она понимала шутки. Любила анекдоты, но никогда не смеялась громко, азартно, и не терпела суетливости. Всё происходило степенно, но всегда с пониманием подтекста. У неё был острый ум и быстрая ответная реакция на любое высказывание, хотя от впечатления, что она всё же медлительный человек, я никак не мог избавиться. Помню как однажды, в микробусе, то ли возвращаясь с какой-то встречи, то ли опаздывая на неё, Гита Борисовна повернулась ко мне и спросила: «Костя, который час?» Я, увидев, что часы показывают 7 часов 40 минут, быстро напел ей известную одесскую мелодию. «Поняла», – улыбаясь сказала она и одобрительно покачала головой в знак того, что оценила по достоинству мою «хулиганскую» выходку. Столько интересных моментов было!!! Жаль только, что у меня не было привычки вести дневник. Многие детали не запомнились... Действительно жаль...

Никогда не забуду тот солнечный июньский день 2000 года, когда меня пригласили участвовать в радиопередаче, посвящённой Гите Страхилевич (Ghitlea Strahilevici) – известной пианистке, заслуженной артистке Молдавии, Кавалеру Ордена Республики, обладательнице медали «Меritul Civic» по случаю её 85-летия. И каково же было моё удивление, когда я понял, что попал не на радиопередачу, а на настоящий концерт фортепианной музыки (Recital). Правда, это был не совсем обычный концерт. Проходил он в одной из звукозаписывающих студий радио и шёл в прямом эфире. Не каждый музыкант, особенно в таком почтенном возрасте, мог себе позволить выступить перед такой огромной аудиторией. Этот, я бы сказал без преувеличения, подвиг, смог совершить только такой, сильный музыкант, как Гита Борисовна. Все волновались за неё, переживали, хватит ли сил и куража исполнителю в столь почтенном возрасте? И она не подвела своих почитателей. Уже с первых фраз публика поняла, что перед ней та самая Гита, которая на протяжении десятилетий покоряла сердца слушателей своей высокой исполнительской техникой, своеобразной манерой исполнения, необычайной музыкальностью и тонким пониманием замысла автора. Это та самая Гита, которой ещё в 30-е годы, в Бухаресте, в Королевской академии музыки, пророчили блестящее будущее. Это та самая Гита, которой восторженно рукоплескали во многих городах бывшего СССР, а фирма «Мелодия» выпускала пластинки. Это та самая Гита, записи которой ежедневно транслировались по радио, а публика родного Кишинёва её просто боготворила. Может быть, только тот безудержный молодой порыв, который всегда был характерен её исполнению, сейчас, с годами, немного остепенился. Она стала более расчётливой, так как кровь в её венах, как говорил Иоханнес Брамс, текла уже с другой скоростью. Но от этого портрет исполнителя не изменился. Всё та же сила убеждения, всё та же приятная манера подачи музыкальной мысли, всё тот же тонкий расчёт в драматургическом построении произведения, и в его преподнесении слушателю таким образом, чтобы замысел автора дошёл до последнего в неискажённом виде. Это был незабываемый концерт!!! Как только прозвучал последний аккорд, неудержимый шквал аплодисментов обрушился в адрес исполнительницы. Цветы, в буквальном смысле слова, заполонили сцену, красноречиво выражая восторг и уважение благодарной публики...

Она родилась с музыкой в душе. Отца не помнила; он умер, когда ей ещё не исполнился год. Она жила вместе с мамой у бабушки. Его величество Случай (как обычно это происходит с настоящими талантами) распорядился таким образом, что дядя маленькой Гитля, Наум Вилик, скрипач и педагог, вовремя заметил незаурядные музыкальные способности ребёнка. Судьба была решена. Дядя сначала сам занимался с девочкой, а после окончания гимназии им. принцессы Дадиани, не дав маме и бабушке опомниться, тут же привёл Гиту к лучшему учителю музыки в Кишинёве, к известной пианистке, выпускнице Петербургской консерватории Антонине Михайловне Стадницкой, которая и стала первым педагогом будущей блестящей пианистки во время её обучения в консерватории «Unirea», где она училась с 1934 по 1936 год. Потом, в 1936–1940, Гита Страхилевич продолжила образование в столице королевской Румынии. Годы учёбы в Бухаресте имели огромное значение в её становлении как артистки. Они оказались плодотворными во всех отношениях. Молодая пианистка буквально впитывала знания, скрупулёзно изучала секреты профессии, которыми щедро делились с ней знаменитые педагоги: Флорика Музическу, дочь Гавриила Музическу (фортепиано), Михай Андрику, (камерный ансамбль), Иоан Д. Киреску (теория музыки и сольфеджио). Этот период оставил глубокий след в творческой биографии исполнительницы. Об этом периоде Гита Борисовна всегда вспоминала с благоговением и благодарностью. В 1940 году, по окончании учёбы, родной Кишинёв принял её с распростертыми объятиями: концерты, гастроли, записи на радио, работа в консерватории. Но вскоре началась война и ей пришлось в составе молдавского ансамбля песни и танца «Дойна» исколесить почти весь Советский Союз. После окончания войны она вернулась в родной город, где с успехом продолжила концертную и педагогическую деятельность. Выступала с сольными программами классической музыки: П. И. Чайковский, В. А. Моцарт, Морис Равель, Фредерик Шопен. Она выступала с известными дирижёрами, среди которых  Борис Милютин, Тимофей Гуртовой, Григорий Шрамко (Молдавия), Арвид Янсонс (Латвия), Эдгар Косма (Румыния), с певцами Борисом Раисовым, Марией Биешу, Феликсом Калинским, Евдокией Лика, со скрипачом Оскаром Дайном, в дуэте с пианисткой Хаей Талмацкой-Бардинштейн и др. Часто её партнёром в ансамблевой игре была дочь, Софья Пропищан, сегодня известная скрипачка, лауреат международного конкурса, заслуженная артистка России, профессор, заведующая кафедрой струнных инструментов Нижегородской консерватории, руководитель ансамбля солистов «София».

Концертные выступления Гиты Страхилевич всегда были событиями. Кишинёвские любители музыки ждали их с нетерпением и их ожидания всегда оправдывались. Концерты становились настоящими праздниками,  где господствовала музыка, хорошая, одухотворённая, музыка, которая трогает душу. Концертные залы были всегда переполненными, так как на сцене, за роялем была замечательная пианистка, настоящий Маэстро – Гита Страхилевич – пианистка, которая обладала богатейшим репертуаром, «неограниченными виртуозными возможностями», пианистка, которая пользовалась всенародной любовью... Её записи из классического и молдавского репертуара (несколько сотен) звучали по радио каждый день, приобщая рядового, сельского слушателя к Прекрасному. Вот что расказывает в своей статье «У рояля – вся жизнь» известный музыковед Зиновий Столяр: «Было это на встрече с сельскими слушателями. Приветствуя гостей, председатель местного колхоза сказал: "Я с большим волнением ожидал этой встречи, но и думать не мог, что вместе с композиторами к нам приедет и Гита Страхилевич. Для меня она – легенда, человек из сказки. Почти каждый день слышу по радио: "Ла пиан – Гита Страхилевич". И тут же погружаюсь в волшебный мир музыки..."».

Более 60-ти лет она была «незаменимой соучастницей музыкального процесса» республики, творила неустанно, заполняя страницы истории молдавского инструментального исполнительства яркими музыкальными событиями – всеобщая любимица, пианистка Гита Страхилевич.

Константин РУСНАК

* * *
Из воспоминаний

Когда мы думаем, вспоминаем  о том или ином человеке, в мыслях возникает прежде всего живой образ личности как таковой,  а затем уж размышления о том месте, какое она занимала в жизни.

Гита Борисовна Страхилевич (13.06.1915 – 20.12.2002) вспоминается мне в этом плане как  очень симпатичный, скромный человек, приносивший большую пользу людям. Это было  определено в числе прочего тем, что она была прекрасной пианисткой, неутомимой труженицей в деле, связанном с её профессией. И дело даже не в её трудолюбии, в тех конкретных физических усилиях, которые требовала её  повседневная профессиональная деятельность, а в тех незаурядных музыкальных способностях, которые ей даровала природа. Именно таким её образ живёт в моей памяти.  А ещё –  как пример заботливой матери, вырастившей двоих детей, дочь и сына, которые, став взрослыми,  пошли также по стопам музыкальных родителей. Муж Гиты Наум Пропищан был скрипачом. Их супружеская пара таким образом в профессиональном отношении  представляла как бы естественный классический, нередко встречающийся в музыкальной среде, семейный дуэт (скрипка и фортепиано).

Пребывая с давних лет в одной области музыкальной жизни, мы с Г. Б., разумеется, постоянно встречались. С определённого времени чаще всего в Союзе композиторов при ознакомлении с новыми произведениями  разных авторов. Их неизменно представляла всем собравшимся Гита Страхилевич. Иногда, когда показывались в клавирном варианте крупные сочинения (напр., симфонии, оперы), в дуэте с Хаей Талмацкой. Зная безотказность Г. Б. (в плане чисто человеческих качеств это было замечательным свойством её натуры), к ней неизменно обращались все те, кто хотел услышать в живом звучании только что вышедшее из-под композиторского пера.
Я знаю, да и не одна я так считаю, что выдающиеся качества пианизма Г. Б. заключались в безупречной  читке с листа, даже самого сложного нотного текста, и при этом в её, казалось, неограниченных технических возможностях, т. е. в свободной фортепианной технике, которой она владела. Именно поэтому трудно переоценить миссию Гиты Борисовны в сотрудничестве с композиторами как незаменимого их помощника.

Когда же мы, поселившись в Кишинёве на Рышкановке, оказались с Гитой Борисовной соседками, наши рядовые встречи, естественно, участились, приобретя чисто житейский характер. Но всегда приятно было становиться, поговорить о делах насущных.

Конечно, нам доводилось  беседовать не только на профессиональные темы. Всегда особенно приятно было видеть живую, заинтересованную реакцию Г. Б. на все события, что происходили в музыкальной жизни. Потому что прежде всего она была творческим человеком.

Как я понимаю, Гита Борисовна могла бы рассказать много интересного. Предположим, о людях, с которыми встречалась в молодости, во время профессионального обучения. Например, о занятиях у  А. М. Стадницкой, бывшей одним из лучших музыкальных педагогов в старом Кишинёве, и вообще о ней самой;  или о своих занятиях в Бухаресте с известной пианисткой Флорикой Музическу... Однако надо признать, что Г. Б. была немногословна, Теперь я понимаю, что  для этого надо было  как бы "разговорить" её. Повседневная жизнь к этому не всегда располагала.  И часто, раскланявшись, мы просто проходили мимо друг друга…
Но зато это с успехом удалось очень общительному человеку Зиновию Лазаревичу Столяру, который даже  опубликовал беседу с Г. Б. в своём сборнике "Под одним небом" (Кишинёв, 1993)... Из этой беседы  мне, например, очень интересно было узнать, что скрипач Н. И. Вилик, уважаемые седины которого я хорошо помню, приходился дядей Гиты Борисовны. Фактически именно  он настоял в своё время на  обучении музыке своей способной  маленькой племянницы. Тут он оказался весьма прозорливым, как и в другом, известном мне случае. Ведь именно Н. И. Вилик, замечательный педагог, кстати сказать, был первым, кто понял и оценил способности одного маленького мальчика, который прославился впоследствии как прекрасный скрипач и руководитель (бессменный в течение сорока лет) знаменитого молдавского оркестра "Флуераш".  Речь идёт о небезызвестном Сергее Лункевиче.  Я не преминула упомянуть об этом в своей книге. Вот цитата оттуда: "…талант Сергея был замечен ещё в детстве профессиональными музыкантами. Живший в Кишинёве старый бессарабский скрипач Наум Исаакович Вилик, получивший образование в Петербургской консерватории, первый учитель Сергея, был поражён руками и музыкальностью мальчика, которого к нему привели." ("Между прошлым и будущим". Gutenberg, 2004, c. 145).
      
Теперь о другом. Многие ли помнят сейчас о том, что было время, когда Гита Борисовна выступала (в разные годы) на концертной эстраде как солистка в сопровождении симфонического оркестра?

В упомянутой беседе среди  дирижёров, с кем ей доводилось выступать, Г. Б. упомянула и имя моего отца, деятельность которого с молодых лет, как и самой Гиты Борисовны, была связана с молдавской музыкальной культурой.

Ещё в 40-м году, до войны, молодая, 25-летняя пианистка выступала с молдавским симфоническим оркестром в Кишинёве и на гастрольных выездах. За дирижёрским пультом в тех концертах  стоял Б. С. Милютин, тогда лишь недавно, по окончании Ленинградской консерватории, приехавший в Молдавию, где приступил к обязанностям главного дирижёра молодого оркестрового коллектива и был занят его организацией.  Когда установился тот творческий контакт между  совсем молодыми пианисткой и дирижёром, я была маленькой девочкой. Те концерты помнятся туманно... Зато во взрослой своей жизни я имела возможность, как и  другие, проникнуться чувством большого уважения  и оценить незаурядность пианистических возможностей Гиты Борисовны.

О событиях прошлых лет свидетельствуют афиши, сохранившиеся в нашем семейном архиве. На них значится имя Гиты Страхилевич, выступавшей в большом симфоническом вечере в качестве солистки с исполнением фортепианного концерта  Чайковского в сопровождении оркестра.  В последующие годы в её репертуар вошли также фортепианные концерты Листа и Грига (сохранились и такие афиши). После войны они, пианистка и дирижёр, снова встретились на концертной эстраде. К примеру, просмотрев наши старые афиши концертов, которые проходили под управлением Б. С. Милютина, я увидела в объявлении абонементов Молдавской филармонии на сезон 1946 – 1947 гг. имя Гиты Страхилевич в списке приглашаемых пианистов рядом со знаменитыми именами Якова Флиера, Владимира Софроницкого и Льва Оборина…

Я знаю, что Г. Б., как и многие другие,  очень уважала моего отца, не раз говорила мне об этом. А это для меня дорогого стоит...

Из всего выше сказанного следует, что воспоминания о Гите Борисовне  поневоле наводят мысль на имена людей, которых уже нет с нами, но которые когда-то составляли цвет музыкальной культуры, и не только в Молдавии. Они как бы возникают из небытия прошлого, питая нашу память. Но это уже мои личные размышления… Связь имён во временном  пространстве меня всегда занимала, ибо она позволяет в определённой мере охватить панораму жизни в прошедшие годы. В ней не последнее место занимают и все те композиторы, музыка которых прошла через пианистические руки Гиты Страхилевич.

Известный музыковед, уважаемый Нисан Шехтман, который много лет жизни и творческих сил отдал в своё время молдавской культуре, (он уже 35 лет живёт в Израиле) живо и с большим уважением вспоминает о Гите Борисовне, отдавая должное её незаурядной личности.  Он говорит мне:  "Мало сказать, что она быстро разбиралась в любом нотном тексте, каким бы трудным он не был… У неё была прекрасная музыкальная память. Молдавские композиторы — по его словам — могли бы говорить о Гите — "наш маленький оркестрик", как в своё время называли Надежду Пургольд русские композиторы  знаменитой "Могучей кучки". Это была одна из сестёр Пургольд, сотрудничавших с кучкистами (Надежда стала женой Римского-Корсакова , сестра же её  Александра была певицей).

Гита, как и Надежда Пургольд,  поразительно быстро осваивала приносимый ей автором нотный текст, даже и немало сложный. А её музыкальная память! Она не могла не вызывать восхищения".

Также много добрых слов в адрес Г. Б., замечательного, душевного человека, я услышала сейчас от пианистки, бывшей выпускницы Кишинёвской консерватории. Инны Зельцер, которую в Кишинёве (сейчас она также живёт в Израиле) в последний период жизни Гиты Борисовны связывали постоянные встречи в т. н. "тёплом доме" Еврейской общины молдавской столицы.

Изольда МИЛЮТИНА
Заслуженный деятель искусств РМ
Tags: Гита Страхилевич, Дмитрий Киценко, Изольда Милютина, Кишинев, Константин Руснак, Молдавия
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments