Сирин и Алконост
Начало в корнях, в горе, а радость вершин приходит потом: Сирин знает жизнь корней, Алконост, птица радости, о ней не слыхала, и её как будто нет. Привычка к печали порождает радость. И когда радость родится, то не помнит о своем происхождении. Радость сама по себе так хороша, что никто и не спрашивает о прошлом, о ее происхождении, о горе, корнях. Алконост все берет даром, свет, ветер, и поет. Но Сирин все помнит и в радости своей на вершине дерева поет о печали (о корнях жизни).
Пришвин М. М. Дневники. 1936-1937
Птица Сирин
Си́рин [от греч. seirēn, ср. сирена] — птица-дева. В русских духовных стихах она, спускаясь из рая на землю, зачаровывает людей пением, в западноевропейских легендах — воплощение несчастной души. Происходит от греческих сирен. В славянской мифологии чудесная птица, чье пение разгоняет печаль и тоску; является лишь счастливым людям. Сирин — это одна из райских птиц, даже самое ее название созвучно с названием рая: Ирий. Однако это отнюдь не светлые Алконост и Гамаюн. Сирин — темная птица, темная сила, посланница властелина подземного мира.
Иногда прекрасная птица Сирин встречается в образе настоящей птицы, без всяких человеческих составляющих. Её перья покрывает невидимая масса, символизирующая Стихии. «Крылья ее были белые с голубыми и красными полосами, как карамелька, клюв — нежно-фиолетовый, заостренный, похожий на клинок, а глаза яркие, зеленые, цвета молодой листвы, и мудрые, благосклонные».
Сирин в древнерусском фольклоре — большая, сильная, пестрая дева-птица с большой грудью, строгим лицом и короной на голове.
Аналогом и даже скорее всего предшественником русского Сирина являются греческие Сирены, которые волшебным пением увлекал и мореходов, и их корабли гибли в морской пучине. Первым человеком, кто услышал пение Сирен и остался жив, был Одиссей, который залепил своим спутникам уши воском, а себя повелел привязать к мачте. Благополучно мимо острова Сирен прошли и аргонавты, но только лишь потому, что их внимание от «сладкоголосых» отвлек своим пением Орфей. Согласно другому мифу Сирены — морские девы необыкновенной красоты — входили в свиту богини Деметры, которая разгневалась на них за то, что те не помогли ее дочери Персефоне, похищенной Аидом, и наделила их птичьими ногами. Правда, существует еще один вариант этого мифа: Сирены сами просили дать им птичий облик, чтобы им было легче разыскать Персефону.
По описанию древнерусских верований сладкоголосая птица Сирин, как и губительные морские птицы-девы Сирены, своей песней печальною тоже одурманивала путников и увлекала их в царство смерти. В более поздний период эти черты были вытеснены, и русский Сирин был наделен магическими функциями защитного характера, олицетворял красоту, счастье и радость бытия. А носителем несчастий и бед, согласно русской мифологии, считалась фантастическая птица с женским ликом — птица Обида, которая в отличие от Сирина и Алконоста, изображалась с распростертыми крыльями, разгоняющими хорошие, светлые времена. Вестником несчастий был также Див или Птич — гневная птица с раскинутыми крыльями, сидящая на вершине дерева.
Старейшими изображениями Сирина в русском искусстве считаются рисунки на ювелирных изделиях Киевской Руси, главным образом на золотых колтах (висячих подвесках или височных кольцах в женском головном уборе) и серебряных браслетах-запястьях. Сохранились изображения Сирина на старинных дверцах шкафа, сундуке, поливном блюде, берестяных шкатулках. Рядом с Сирином зачастую славяне рисовали и другую мифическую птицу — Алконоста.
Птица Алконост
Алконо́ст (алконст, алконос) — в русских и византийских средневековых легендах райская птица-дева бога солнца Хорса, приносящая счастье. По сказанию XVII века алконост пребывает близ рая и когда поет, то сам себя не ощущает. Алконост утешает своим пением святых, возвещая им будущую жизнь. Алконост несёт яйца на берегу моря и, погружая их в глубину моря, делает его спокойным на 7 дней. Пение Алконоста настолько прекрасно, что услышавший его забывает обо всём на свете.
Образ Алконоста восходит к греческому мифу об Алкионе, превращённой богами в зимородка. Эта райская сказочная птица стала известна по памятникам древнерусской литературы и лубочным картинкам.
Алконост изображается полуженщиной-полуптицей с большими разноцветными перьями (крыльями), человеческими руками и телом. Девичья голова, осененная короной и ореолом, в который иногда помещена краткая надпись. В руках держит райские цветы или развернутый свиток с объяснительной надписью. Легенда о птице Алконост перекликается с легендой о птице Сирин и даже частично её повторяет. Истоки же этих образов следует искать в мифе о сиренах. Существует подпись под одной из лубочных картинок с её изображением: «Алконост близ рая пребывает, иногда и на Евфрате-реке бывает. Когда в пении глас испущает, тогда и самое себя не ощущает. А кто вблизи тогда будет, тот всё на свете забудет: тогда ум от него отходит, и душа из тела выходит». Сравниться с Алконостом в сладкозвучии может лишь птица Сирин.
Алконост считают ещё и птицей Зари, которая управляет ветрами и погодой. Считается, что на Коляду (в зимнее солнцестояние) Алконост рождает детей на «краю моря», и тогда семь дней стоит безветренная погода. Самое раннее изображение Алконоста находится среди миниатюр и заставок Юрьевского Евангелия 1120-1128 годов — одного из древнейших памятников русской письменности, которое было выполнено в Киеве по заказу Юрьевского монастыря древнего Новгорода. Изображен Алконост с руками и крыльями одновременно и с цветком в руке.
Почему же на столь значимых, дорогих предметах чаще всего можно было увидеть именно птиц-дев — Сирина и Алконоста? Ответ на этот вопрос дают древние языческие верования славян, когда люди поклонялись Природе и ее стихиям: молились солнцу, дождю, ветру, почитали огонь, наделяли защитными свойствами растения, животных и птиц. Среди птиц особым почитанием пользовались Птица-Солнце — сильная птица с распростертыми крыльями и отходящими от нее во все стороны лучами, и Уточка — древнеславянский символ очистительной силы Воды. Считалось, например, что Птица-Солнце и Уточка, соединенные на двух сторонах одного колта, могут защитить женщину от бед. Одновременное сочетание этих двух птиц присутствует и в изображении солнечного бога Хорса.
С 988 года новой религией княжеской власти на Руси стало христианство, которое насильно насаждалось среди славян-язычников. Первым шагом к этому было уничтожение языческих богов и запрещение магических изображений на предметах быта и одежде. По приказу князя Владимира при стечении всего народа в Киеве были разрушены все святилища, а Перун и Велес сброшены с крутого берега в Днепр. Та же судьба постигла каменного Перуна на реке Збруч, который в конце прошлого века был найден в осыпях обрывистого берега, а теперь хранится в залах музея в Кракове как редкий и ценнейший памятник старины. Взамен уничтоженных культовых символов христианская церковь обещала народу покровительство нового бога и святых, которые в то время еще были чужды славянам. Но разве можно беспрекословно принять и полюбить «мачеху», когда на твоих глазах под «ее именем и знаменами» произведен такой акт вандализма над твоей «родной матерью»?! Конечно же, нет. Христианская церковь, проявив вероломство и насилие, встретила в ответ сопротивление русичей-язычников и вынуждена была пойти на многие уступки. Церковный календарь был составлен таким образом, что важнейшие христианские праздники по времени совпадали с языческими. Наиболее почитаемыми стали те святые, которые приняли на себя черты языческих божеств. Например, образ великой богини Матери-Земли воплотился в образе Богоматери или Богородицы, Георгий-Победоносец стал олицетворением солнечного бога Хорса и Дажьбога, Илья-пророк соответствовал богу грома и молний Перуну, покровитель скота Власий стал преемником языческого Велеса.
Точно так же обстояло дело и с магическими знаками в виде птиц на одежде, предметах быта и украшениях. Образ птицы, начиная с глубокой древности, был настолько привычным талисманом и распро-страненным персонажем славян, что уничтожая эту защитную символику, христианская церковь вынуждена была дать людям новых покровителей в привычном облике. Сирин и Алконост заменили Птицу-Солнце и Уточку, при этом мифические птицы-девы стали изображаться с нимбом или сиянием над головой — признаком святости в христианской религии. Постепенно образ птицы Сирин под влиянием христианских и языческих верований стали считать в народе райским, т.е. божественным, и наделять необыкновенными качествами: яркостью, сиянием, неземной красотой, чудным пением и добротой. Изображение Сирина в русском искусстве получило широкое распространение, оно довольно часто встречается на поверхности различных изделий XIV-XVII веков. Алконост попадается гораздо реже. Возможно с течением времени различия между ними были забыты, и они слились в один образ Сказочной Птицы, в котором, как в символе прекрасного, русский человек видел свою собственную мечту о доброте, красоте и счастье.
Наиболее распространенной композицией древнеславянского языческого искусства, связанного с изображением этих двух птиц, является расположение их по двум сторонам одного и того же дерева, ветки или листа. Согласно утверждениям исследователей, это идет от первых легенд о возникновении мира. В одной из них говорится, что среди бескрайних водных просторов, которые были началом всех начал, стояло высокое могучее дерево — скорее всего, это знакомое многим выражение — «на Море-океане, на острове Буяне, стоит Дуб». От двух птиц, свивших на том Дубе гнездо, началась новая жизнь на земле. Древо жизни стало символом всего живого, а охраняющие его две птицы — символом добра, продолжения рода и семейного счастья. Все изображение в целом означало жизнь и благополучие.
До начала XX столетия обе птицы-девы часто встречались и на народных лубочных картинках, продававшихся на базарах и ярмарках, на предметах крестьянского обихода, в деревянной резьбе, на расписных прялках и посуде, в рисунках на домотканом холсте, в народной вышивке и кружеве. В настоящее время все это в основном хранится в музеях, но до сих пор в российской деревенской глубинке можно увидеть дома, украшенные резными досками, где среди завивающихся побегов и листьев можно встретить загадочных райских птиц — Сирина и Алконоста.
Вещие птицы, рожденные в глубине веков и сохраненные памятью народа, вдохновили любителя русской старины, художника В. М. Васнецова к созданию картины «Сирин и Алконост. Сказочные птицы, песни радости и печали» (1896 год).
