May 13th, 2013

Palestrina

Ирина Столяр

x_82cbe63e
Ира Столяр и композитор Олег Негруца

Столько радости и счастья в этих глазах!

Общение с Ирой всегда было в радость. Было в ней что-то неуловимое, располагающее к общению. Всегда открыта для друзей с готовностью придти на помощь, никогда не показывающая, что ей трудно. Как тяжело было для родителей пережить утрату, да и возможно ли это? Хотелось бы верить, что Ирина Зиновьевна навсегда останется в памяти ее коллег и благодарных учеников. Хотелось бы...



Минуты светлой памяти

Время от времени я обращаюсь к одной из наиболее дорогих мне книг, среди многих других на моих книжных полках. Это книга о моём педагоге — профессоре пианистического класса Кишинёвской консерватории А. Л. Соковнине... Как я радовалась, когда она прибыла ко мне из Молдавии, из некогда прекрасного, молодого моего, далёка!

Листаю… На страницах — воспоминания  многих учеников уважаемого профессора, старые фотографии, архивные материалы. Всё это будоражит память. Но не об этом хочу сейчас сказать. Эта книга стала достоянием широкого читателя благодаря энтузиазму и усилиям преданной ученицы профессора, светлой памяти замечательной Ирины Столяр (29.11.1952—13.05.2010). Именно благодаря этому я и встретилась
в книге, где есть и моё слово, со своими соучениками по этому ведущему консерваторскому классу. Но прежде всего — с замечательной личностью нашего дорогого педагога.

В процессе подготовки книги Ира не раз обращалась ко мне с вопросами, в поисках затерянных контактов, делилась тем, что делала для сохранения памяти о нашем общем Учителе.

Вот, к примеру, фрагмент одного из её писем (март 2003 г.):

«Уважаемая Изольда Борисовна! Спасибо за письмо и статьи. Кое-что Ваше я прочитала на концерте, когда рассказывала об Александре Львовиче. Играла я Скрябина прелюдии, как когда-то он на концерте памяти Николаева. Потом играли мои ученики и ученики Русланы Громовой из Тирасполя. Руслана привезла памятную мраморную доску. Ее установили в 68 классе, где он работал. Туда мы пошли после концерта в лицее. Была дочь Соковнина, Наташа. Саша Бондурянский прислал телеграмму. Был полный зал людей. (...) Я нашла в кабинете звукозаписи консерватории его пленки. Мне их переписали. Поэтому смогла людям дать послушать и его игру. Говорила о творческой человеческой дружбе с Вашим отцом...»

ПИСЬМО ИРЫ СТОЛЯР
Письмо Ирины Столяр Изольде Милютиной / Из семейного архива И. Б. Милютиной

ИРИНА СТОЛЯР   АФИША
Афиша концерта, посвященного памяти профессора А. Л. Соковнина. Ведушая — И. Столяр, 2003 г. / Из семейного архива И. Б. Милютиной

Как не сказать о чувствах благодарности, признательности, которые испытываешь к неравнодушному человеку, чьими стараниями, не без естественных в этом благородном деле, но упорно преодолеваемых трудностей, был собран огромный материал.

Это была последняя, такая значительная, работа Ирины, так несправедливо рано покинувшей нас. Три года тому назад, день в день, жестокая болезнь буквально вырвала её из жизни. Ещё совсем молодую (на пятом десятке лет?), такую  энергичную, полную, казалось, сил и не успевших сбыться идей и планов. И сейчас, в уважении к памяти об Ирине, хочется сказать о ней несколько добрых слов.

Мысли, которые содержит вступительное слово автора-составителя в упомянутой книге, позволяют судить о жизненных принципах, которыми руководилась И. С. при обращении к этой трудной задаче — объединить под одной обложкой такой обширный материал, позволяют они судить таким образом и о личности автора. Потому что Ирина здесь сама следовала словам, как-то выбранным ею как эпиграф к одной из своих статей, посвящённых теме памяти:

«Не погрузится мир без нас в былое, как в потёмки. В нём будет вечное "сейчас", пока живут потомки». (С. Маршак)...

За свою короткую жизнь Ира успела многое, оставив по себе добрую память у всех, кому довелось с ней общаться. Как талантливый педагог  она обучила и воспитала многих своих учеников. Но самое главное — она открыла перед ними дорогу в мир музыки. Мне известно, что некоторые из ребят, даже со временем оставив по тем или иным причинам преподаваемую Ирой игру на фортепиано, не ушли из сферы этого искусства, обучаясь игре на других инструментах.

Приобретенный с годами опыт получил у Ирины отражение в не одной её методической работе.
Чрезвычайно деятельная, она ещё стремилась опубликовать различные сборники известных и мало известных (что наиболее ценно!) фортепианных пьес в своей редакции. Это относится даже к молодой поросли маленьких музыкантов. Даже детские работы, если они того стоили, попадали в сферу её внимания.

Вполне закономерно, что в музыкальном лицее, где работала Ирина, где её любили и уважали, отмечают с тех пор, как она ушла из жизни, память о ней звучащими со сцены живыми воспоминаниями — свидетельствами коллег и учеников, где неизменно произносятся самые добрые слова, и обязательным концертом…

А те из бывших её учителей, коллег и друзей, кто оказался за пределами Молдавии, вспоминают о ней с самыми светлыми чувствами. Сама не раз была тому свидетельницей.

Что за добрая душа была у этого человека! Такая трогательная жизненная подробность. Рассказали мне — не привыкнув сидеть без дела, Ира своими, оказывается, весьма умелыми руками смастерила однажды на досуге маленькие платьица — целый кукольный гардероб, порадовав девочек — внучек друзей, у которых гостила в Израиле...

Такой и запомнилась мне Ира. Милой девочкой — разумницей в ранней юности, а затем — человеком, очень доброжелательным для всех, всегда расположенным к приятному общению… И в то же время — хорошим деловым специалистом в своей профессии музыканта, методиста, педагога.

Изольда Милютина
Израиль, 13 мая 2013 г.