July 17th, 2014

Palestrina 2

Великая русская балерина Татьяна Михайловна Вечеслова


Татьяна Вечеслова в роли Эсмеральды

Татьяна Михайловна Вечеслова родилась в Петербурге в аристократической семье.

Её отец — Михаил Михайлович Вечеслов (10 августа, 1855 — 12 февраля, 1943), потомственный дворянин, выпускник Пажеского корпуса, подполковник, принадлежал к нетитулованному, но очень старому, от времен Иоанна Грозного, дворянскому роду. Одна из прапрабабушек — воспитательница Николая I — отличалась такой твердостью и смелостью характера, что будущий государь называл её «Моя няня-львица».

Другая прабабушка — знаменитая Фанни Снеткова, любимая актриса А. Н. Островского — первой сыграла роль Катерины в пьесе «Гроза». Вся семья со стороны матери была на редкость музыкальна: дед играл на альте в оркестре Мариинского театра, три тетушки окончили курс в Консерватории. Одна из них — Адель Снеткова — учила нотной грамоте и игре на рояле юного Игоря Стравинского. Евгения Петровна Снеткова-Вечеслова (22 февраля, 1882 — 16 ноября, 1961), ученица Чекетти, с 1900 года танцевала в кордебалете Мариинского театра, а позже и до конца 1960-х годов была преподавателем младших классов в Хореографическом училище.

Именно «генетическая составляющая» предопределила характер Татьяны Вечесловой. Врождённый артистизм, абсолютная музыкальность, литературная одаренность сочетались с прямотой, обострённым чувством чести, долга и человеческого достоинства. В ней словно сосуществовали два персонажа Андерсена — балерина и стойкий оловянный солдатик. Воитель в облике хрупкой женщины с необыкновенными фиалковыми глазами.

Семилетнюю Таню вслед за старшей сестрой отдали учиться в трудовую школу. Но на школьный концерт неожиданно приехал А. В. Луначарский. Нарком просвещения особо отметил необычайную музыкальность самой маленькой и худенькой девочки, танцевавшей в хороводе других учениц. Его внимание определило поворот в судьбе: Евгения Петровна решилась отвести дочь на экзамен в Хореографическое училище. Таня оказалась в одном классе с Галей Улановой, и обрела подругу на всю жизнь. Они вместе занимались у М. Ф. Романовой, матери Улановой; вместе оказались в классе А. Я. Вагановой.

Несхожесть характеров и разность дарований двух одноклассниц определили возможность дружбы, противостоящей годам и расстояниям. Таня — импульсивная, озорная, с искрящимся темпераментом, но чуткая и отзывчивая, сумела вызвать доверие сдержанной, осторожной и, как могло показаться, холодноватой Гали. Их несходство исключало поводы для соперничества, их характеры притягивались друг к другу, как полюсы, их дружба рождала творческую гармонию.

Уже во втором классе училища определилась судьба дуэта Уланова-Вечеслова, который потом назовут из одним из лучших в советском балете: они «ползали» по сцене «божьими коровками» в балете «Капризы бабочки». Позже три года подряд с успехом исполняли саботьер в «Тщетной предосторожности» — маленький галантный кавалер Галя Уланова и хорошенькая девочка-барышня Таня Вечеслова. В 1928 году подруги были приняты в труппу Кировского театра. Сценическая карьера началась стремительно: через 7 дней после прихода в театр Вечеслова станцевала партию Гюльнары в балете «Корсар», заменив заболевшую балерину.

Столь же стремительно росла известность. Каждый год знаменовался премьерой, которая становилась достоянием советского балета: 1929 — «Красный мак», 1930 — «Эсмеральда», 1931 — «Болт» и «Карнавал», 1932 — «Пламя Парижа», 1934 — «Бахчисарайский фонтан». Руководителем балетной труппы в то время был балетмейстер-новатор Ф. В. Лопухов. Подготовка ролей классического репертуара чередовалась с участием в его радикальных балетах «Щелкунчик» и «Болт» на музыку Шостаковича.

Успех был ошеломляющим. В статьях и рецензиях, в каждом печатном слове на первый план вырывалось восхищение игрой Вечесловой. Все, что происходило на сцене, любое движение танца, самый сложный элемент, были настолько подчинены внутренней логике роли, драматизму чувств и страстей, что техническую виртуозность просто не замечали. А ведь техникой Вечеслова владела блестяще. Евгений Мравинский говорил, что под ее «пальцы» оркестр может играть без палочки.

Именно поэтому ее коронной ролью стала Эсмеральда: история трагической любви позволяла раскрыться драматической стороне таланта. Балерина считала, что танец не может быть самоцелью. Его нужно наполнить смыслом, горячими чувствами. Ее Эсмеральда, узнав о предательстве возлюбленного, бралась за тамбурин словно машинально. В глубокой задумчивости начинала движения: ее руки и тело существовали отдельно, механически совершая танцевальный ритуал. Едва касаясь земли, ноги испуганно и бережно несли тело. Бег ускорялся и ускорялся. От стремительности движения возвращалось сознание, и боль пронизывала острой иглой. Тогда, раскинув руки, Эсмеральда мчалась на зрителя, как бегут к озеру, когда уже ничего терять. После стремительного бега на пальцах, она останавливалась, внезапно замирала на краю авансцены, протянув руку в черный провал зрительного зала, куда только что скрылся Феб. Зал аплодировал, но она не снимала позу. Зал скандировал, но она продолжала стоять, всматриваясь вдаль своими необыкновенными темно-фиалковыми глазами.

Вечесловой не стало 11 июля 1991 года. Она нашла последнее пристанище недалеко от могилы Анны Ахматовой на знаменитом кладбище в Комарово.

На надгробном камне высечены строки из стихотворения балерины:

Мне жизнь дала такое право —

Уметь мечтать, уметь творить.

Брать жизнь не нотой, а — октавой.

И коль любить, так уж любить.

Источник: wikipedia.org/