January 1st, 2015

Palestrina 2

Галина Кочарова. Памяти Златы Ткач

img427

... Острой болью отозвалось в сердце известие о тяжелейшей утрате — безвременной скоропостижной смерти композитора Златы Моисеевны Ткач, профессора, заслуженного деятеля искусств Молдовы, лауреата Государственной и Республиканской премий, кавалера ордена Gloria Muncii. Особенно пронзительно и трагично оно прозвучало еще и потому, что стало полнейшей неожиданностью для окружающих: еще 1 января вечером этот деятельнейший, полный сил и энергии человек, красивая, нежная и нестареющая, несмотря на годы, женщина говорила с друзьями по телефону. Однако тот день всеобщего праздника стал для нее последним днем жизни. Она ушла от нас внезапно, на пике известности, только-только получив стипендию Фонда Сороса для осуществления новых замыслов и идей.

Ее потеря невосполнима, для всех нас  она означает прежде всего прощание с ее обширными планами в сочинении новой музыки — в том деле, которое стало целью и главной сферой приложения таланта на всю жизнь. Следует ли напоминать, какое огромное наследие оставлено ею, работавшей необычайно продуктивно в самых разных областях и жанрах! И везде она была не только первой, но и ведущей, — и первой женщиной — профессиональным композитором в Молдове и, конечно, в еврейской диаспоре Бессарабии, и ведущим автором детской музыки — музыки для детей, и музыки о детях. Здесь на первом месте для нее был мир музыкальной сказки, который воплотился в первой в Молдове детской опере, поставленной на сцене настоящего, взрослого театра — "Коза с тремя козлятами" по И. Крянгэ (в третьей редакции — "Волк-обманщик"), в первом детском балете  "Андриеш" по Ем. Букову, в других сказках для театра или для филармонического лектория — "Ленивица", "Цветик-семицветик", "Повар и боярин" и др. Даже для малышей она — не только добрый музыкальный сказочник, но и педагог — подготовила свои музыкальные подарки: сказку-игру "День рождения слоненка", музыку к кукольным спектаклям, музыкальные буквари, азбуки и загадки на нескольких языках — молдавском, еврейском и русском... Ее песни вошли в учебники музыки для школ, составили целые вокальные циклы для детей. Ее вокально-хореографические поэмы, исполненные в свое время при участии детского танцевального коллектива Р. Бромберг, были первым опытом в республике и в этом жанре, как и кантата-рапсодия "Plai de cânt, plai de dor". Писала Злата Ткач и очень серьезную детскую музыку, и, кроме балета "Андриеш", в ее портфеле есть опера философски-романтического плана — "Голуби в косую линейку", повествующая о мире детской души и взрослении человека.

Важнейшей задачей своей жизни Злата Ткач считала формирование высоких музыкальных вкусов у подрастающего поколения — как раз того, чего так не хватает в сегодняшней жизни, ориентирующей общественный слух на халтурные поделки и песенки-однодневки. Долгие годы она возглавляла Комиссию по эстетическому воспитанию при Союзе композиторов, проводила "Недели музыки для детей", участвовала в жюри всевозможных конкурсов. У всех нас на слуху ее песенка "Тик-так", ставшая визитной карточкой ежевечерней детской передачи Молдавского телевидения и своего рода символом счастливого детства...

Детям и молодежи Злата Моисеевна посвящала не только свою композиторскую и общественную деятельность. Прекрасный педагог, как и ее отец, Моисей Бенционович, буквально прикипавший душой к своим ученикам, она многие годы занималась с молодыми композиторами, начиная с их первых шагов в творчестве в музыкальных школах и лицеях, и позже — в Академии музыки, где она была одним из главных столпов профессуры. И в этом смысле наша кафедра  теории музыки и композиции, потерявшая перед тем В. Загорского, с уходом Златы Ткач оказалась буквально подкошенной под самый корень. Ибо она была не просто высоким профессионалом, но и очень тактичным педагогом, умеющим раскрыть собственную индивидуальность каждого ученика. Одновременно она была им и второй матерью, бескорыстно дарящей им порой даже те часы, которые она могла бы потратить на осуществление собственных творческих планов. И ведь не случайно первой, кто забил тревогу из-за молчания ее телефона, оказалась именно ее бывшая ученица Светлана Чувакина: о том, что произошло нечто очень серьезное, она догадалась сразу, когда Злата Моисеевна не поздравила ее, как обычно, с днем рождения...

Уход Златы Моисеевны из жизни словно повторил судьбу одного из ее героев — главного персонажа оперы "Мой парижский дядя", завершаемой прерывающимся биением сердца, он произошел в одиночестве и стал настоящим шоком для всех, кто ее знал и любил. А знали и любили ее очень многие, и потому так трудно мне писать эти строки отвлеченно.  Для нас это еще и огромная личная потеря — потеря верного и внимательного друга, умеющего сострадать чужой беде и вовремя подставить плечо слабому, больному или просто нуждающемуся в помощи — даже порой в ущерб своему здоровью. Она была замечательной заботливой матерью, прекрасной — радушной и гостеприимной — хозяйкой, все делающей со вкусом, самобытной и в вязании, и в шитье, и в организации домашнего праздничного стола, в меню которого всегда были мастерски приготовленные или даже изобретенные ею самой блюда. Она во всем, невзирая на возраст и огромные нагрузки, стремилась соответствовать своим жизненным правилам и нормам — следила за собой и своей внешностью, и, хотя и реже выходила в свет, всегда была окружена друзьями. Ей это удавалось удивительно легко. Настоящая звезда по уровню дарования и профессионализму, она умела быть простой в общении, и, не теряя собственного достоинства, доступной. Как и любая звезда, она всегда притягивала к себе взгляды — порой завистливые, но при этом она притягивала и сердца людей — в первую очередь, своим исключительным женским и человеческим обаянием, своей культурой и способностью дипломатично строить отношения. Принципиальность сочеталась у нее с особым умением обходить острые углы, высказать уважение к собеседнику.

А какой поддержкой она стала для своего мужа, Ефима Марковича Ткача, и особенно — в дни его смертельной болезни! И как горько после его ухода она ощущала тяжесть утраты и одиночество, как ярко выплакала она свое горе в музыке: как в свое время, после ухода ее родителей, она искала утешение в сочинении музыки — Скрипичного концерта в память матери, Концерта для двух флейтистов и симфонического оркестра — в память отца, она создала в память Е. Ткача симфоническую поэму, назвав ее очень точно и емко — In memoriam — и определив тем одновременно и ее содержание, и ее жанр Жанр этот — особый, и занял он в ее творчестве отдельное место. Вокально-симфонические сочинения "Память", "Памятник", Альтовая соната "Памяти Д. Д. Шостаковича", романсы, созданные в память об ушедших друзьях и муже, "Кадиш" на стихи М. Лемстера в память евреев — жертв фашизма, "Кадиш" для виолончели, Фортепианный концерт памяти жертв еврейского погрома в Кишиневе 1903 года, и, в какой-то мере, "De profundis" на стихи М. Метляевой, с его апокалиптическими мотивами и надеждами на торжество жизни — таков неполный перечень трагических по своему духу сочинений З. Ткач, которые могут быть так или иначе отнесены к жанру In memoriam.

Трагичны и по-настоящему высокохудожественны и те страницы ее творчества, которые с особой искренностью и проникновенностью воплощают всю глубину материнской скорби. Боль материнского сердца, ощутившего границу жизни и смерти в гибели своих детей, передана в плаче матери из оперы "Шаг в бессмертие", в романсе "Черная колыбельная" из вокального цикла на стихи Овсея Дриза, в моноопере "Поговори со мною, мама" по повести Паулины Анчел "Асенька". Вообще в последние годы жизни композитор не раз задавалась мыслями о судьбе человека и человечества, наполнив философской глубиной, а иногда и саркастическими нотками (как в симфонии "Паноптикум") свою художественную оценку действительности. Это, впрочем, не означает отсутствия в ее творчестве светлых образов и идей, — достаточно вспомнить ее обработки еврейских песен, хоры и романсы на стихи еврейских и молдавских поэтов, и, конечно, недавно прозвучавшую "Хануку". Что касается еврейской тематики, то очень хочется подчеркнуть, что Злата Моисеевна всегда стремилась разрабатывать ее не только в прикладном, бытовом значении, но и крупномасштабно, в высоком ключе — отдавая дань уважения уровню культурного развития своих соотечественников.

Все последние годы она особенно продуктивно работала, накопив немалый багаж сочинений и хотела, чтобы я расширила и переиздала свою монографию о ней, дополнив анализом новой музыки, А накануне новогодних праздников мы с Бенгельсдорфами встречались с ней у нее дома. Она была полна оптимизма и строила самые радужные планы: хотела издать сборник инструментальных сонат последних лет, песен, написать Концерт для двух фортепиано для своего ученика Саши Тимофеева, Хоровой концерт для хора Илоны Степан, еще одну симфонию, а, если удастся, и оперу на библейский сюжет... Как видим, почвой для ее замыслов нередко служили ее тесные и постоянные контакты с исполнителями, живо заинтересованными в ее музыке. Многим из них она дала путевку в жизнь, многим помогала, со многими сотрудничала. В этом списке — имена М. Биешу и А. Самоилэ, С. Бенгельсдорфа и И. Мишуры, А. Пихут и А. Дигоре, и др.

В постоянном контакте была З. Ткач и с писателями и поэтами — теми, на чьи тексты она создавала свои оперы, либретто балета, романсы и хоры, детские песни. Родными для нее были несколько языков — русский, молдавский и идиш (на иврите она писала мало), но  несколько языковых корней проявились и в ее музыке, — только здесь их круг еще шире и охватывает также болгарские, гагаузские, и даже турецкие и цыганские мотивы. Все это, отразив жизненные ценности в творчестве Златы Ткач, раскрывает для нас удивительную многосторонность ее богатой и щедрой души — души, столь трагически и внезапно прервавшей свое земное существование, но сохранившейся в созданной ею музыке и в памяти всех, кто знал Злату Моисеевну. Ее уход теснее сплотил тех, кто остался...

Галина Кочарова,
профессор, доктор искусствоведения, Maestru in Arta
8 января 2006 года



Злата Моисеевна Ткач была жизнерадостным и жизнелюбивым человеком. В подтверждение тому ее песня "Я бы музыку писал" на стихи Роберта Рождественского в исполнении замечательного певца Оскара Нузмана.