March 28th, 2017

Из смеха великие люди случаются. Редко, к сожалению...

27 марта на фронтоне дома по адресу улица Амвросия Бучмы, 8 открыли мемориальные доски актерам Маргарите Криницыной и Бориславу Брондукову

ЖИВОЙ ПАМЯТНИК

Великие комедийные актерские таланты рождаются редко. Ну, кто у нас? Юрий Шумский, Николай Яковченко, Юрий Тимошенко и Ефим Березин... И Борислав Брондуков. Это за 100 последних лет. Нынешних телевизионных комиков не называю пока, пусть проявятся во времени и пространстве.

Среди актрис так же негусто. Нонна Копержинская — да. А кто еще? В театре были, а в кино? Маргарита Криницына в этом смысле выглядит как что-то уникальное, самодостаточное. Ее Проня Прокоповна в легендарной ленте «За двумя зайцами» Виктора Иванова — явление чрезвычайное по универсализму, по отточенности рисунка роли, его социокультурному наполнению. Да что там — это памятник эпохе, поэтому логическим решением и было создание скульптурной композиции Прони и Голохвастого, он же Олег Борисов, на Андреевском спуске. Кстати, Маргарите Васильевне нравился этот памятник, она охотно приходила к нему, давала автографы, фотографировалась. Действительно народная артистка...

КАДР ИЗ ФИЛЬМА «ЗА ДВУМЯ ЗАЙЦАМИ»

Не раз слышал от нее: «Меня после «Зайцев» на улице не узнавали... Начали узнавать уже тогда, когда состарилась». Вообще фильм сначала не вызывал такого всенародного интереса. А начальство в советское время к комедиям относилось с подозрением: не подрывают ли режим? По известному стихотворению нужны «такие Гоголи, чтобы нас не трогали». Только в 1990-х фильм Иванова по-настоящему «прорезался». Может, потому что все увидели поразительную схожесть реалий с персонажами ленты, поставленной, как известно, по пьесе Ивана Нечуя-Левицкого и Михаила Старицкого. Сегодняшние нувориши едва ли не один к одному напоминают Голохвастого и Проню. Их вертикаль, та социальная лестница, по которой они карабкаются наверх, сугубо имитационная. Они свято верят в то, что главное — как ты выглядишь, социальный костюм, социальная роль. Этим и дурачат публику — до поры до времени...

Криницына сыграла в кино несколько десятков ролей, в основном небольших. Жаль, они до сих пор не проанализированы, по-настоящему не замечены. А среди них были действительно интересные — и в «Свадьбе в Малиновке» (Рыжая), и в «Бумбараше» (Мелания), и в «Миргороде и его жителях» (Горпина), и во много других. Простой пример — ее небольшая роль дворнички в фильме Вячеслава Криштофовича «Перед экзаменом»      — вспоминается до сих пор: спокойная приязнь к людям как некая человеческая и, собственно, социально-типажная характеристика персонажа.

Маргарита Криницына была не памятником, а живым и на удивление талантливым человеком. И как будто успешной... Драма ее жизни в том, что одна роль затенила все остальные наработки...


ЛЮБЯТ И БУДУТ ЛЮБИТЬ

Борислав Брондуков — своеобразный бренд. Не нужно никому объяснять, кто это и что это. Все знают и так: Брондуков. Он был более счастлив, чем Маргарита Криницына — с его актерским имиджем связаны десятки кинолент. По моему зрительскому реестру, это гениальный «Каменный крест», конечно, «Аннычка», «Комиссары», «Захар Беркут», «Здравствуй и прощай», «Дед левого крайнего». Потом «Я служу на границе», «Премия», «Афоня», «Гараж», «Тревожный месяц сентябрь», «Женитьба», «Мимино», «Вас ожидает гражданка Никанорова», «Вавилон ХХ», «Осенний марафон», «Мы из джаза», «Приключения Шерлока Холмса и доктора Ватсона», «Спортлото-82», «Если можешь — прости», «Жестокий романс», «Гибель богов», «Подарок на именины», «Изгой»... И последняя роль в фильме Андрея Бенкендорфа «Хиппиниада, или Материк любви». Более двадцати! Ну, да, это только часть из сыгранных. Однако чтобы помнилось такое количество — это здорово, это почти уникально...

КАДР ИЗ ФИЛЬМА «ВАВИЛОН XX»

Зрители любили его. Да что там — любят и будут любить. За что? Это трудно сформулировать. Удивительная органичность, разумеется. Однако же, какая работа и какой профессионализм. Скажем, знаменитый Федул из «Афони» Георгия Данелии. Маленькая роль маленького человека, который озабочен в первую очередь тем, как бы найти деньги на питие. И все?

Присмотримся — эта роль сделана. Костюм —  свитер в растяжку, на каждый день, шароварные штаны, раздолбанные ботинки. Он — «шестерка», и высокий дядя с заметным пузком невозмутимо помыкает им: сделай то, узнай это. Федул вращается вокруг дяди, его энергетики хватит на все. Только что его возмущает? А неорганизованность, непунктуальность. Он, который живет на самом дне общества, уважает порядок. «Вот, не люблю таких людей!» — возмущается Афоней, который не явился на «мероприятие» и тем самым очень подвел. И — около магазина становится в позу некой скульптурной композиции мыслителя... В походке, в пластике жестов — профиль того, кто привык уважать себя. Это маленький человек, трагически надломленный, неадекватный своему внутреннему образу. Не заметил, проворонил момент, когда стал вращаться вокруг кого-то, потерял собственную ось. И себя, такого, он и не знает. Комизм роли в том, что человек мается одним, а является другим. Несовпадение, антагонизм внутреннего и внешнего образов... Роль сделана, выгранена, точно вписана в среду фильма. Конечно, режиссура. Но и столько филигранного актерского мастерства.

А Явтушок в «Вавилоне ХХ» Ивана Миколайчука — друга, однокурсника по институту, побратима. Украинское село 1920-х годов, исторический катаклизм, когда крестьянина силой потянули в светлое будущее. Герой Брондукова — середняк, которому мечтается быть чем-то большим, нежели он есть. Его практический разум настроен против утопий, он не верит в призраки, блуждающие по Европе. Но не лишен он и искушения театрализации, эффектной постановки своего, сказать бы, «имиджа». Горделиво посматривает он, возвысившись над забором, на философа Фабиана и его беспросветный идеализм — суперпочтенный, набундюченный, одетый в прекрасную аристократическую одежду. Только камера посмотрит на него и сзади — низ его гол и убог. Верх просится ввысь, хочет эффектной осанки, а низ обличительно прост, и следовательно разрывает целостность образа.

Это и есть, на мой взгляд, один из магистральных сюжетов, которые пронизывают роли Брондукова: хочется быть целым, гармоничным, согласованным. А получается как-то нескладно, причудливо... Вот сию недоформованность своих экранных персонажей Брондуков проявлял блестяще.

А сам Брондуков всегда оставался самим собой. Ну, так было — в нем не было неправды, напряженной комикации, дешевого цирка. Он думал о своем, он жил так, как написалось ему на роду. И поэтому, всматриваясь нынче в его лик, замечаем в нем возвышенное, духовное, святое даже. То, что оставил нам навсегда.

И Маргарита Криницына, и Борислав Брондуков — великие актеры. Их дар реализовался, и слава Богу. Не всем удается в искусстве донести свой талант людям. Они смогли, за что пожизненная благодарность и наше зрительское признание.

Сергей ТРИМБАЧ. ФОТО АРТЕМА СЛИПАЧУКА / «День»
Рубрика:
Газета:

Гламурный антисемитизм «Летчицы» и налетчиков

Владимир Скачко

Когда на украинском ТВ «НашаНадя» Савченко появилась не в обычном своем виде (босиком и как бомжара), а в образе гламурной женщины-вамп в мейкапе и женственном прикиде зеленого цвета, я забеспокоился. Весна, знаете ли, и так бьет по головам сезонным обострением, а тут такие кардинальные перемены. И я не ошибся: Надю понесло на... евреев. В них она увидела корень зла, терзающего нэньку.

Свои претензии к известному народу Савченко высказывала неоднократно и вполне определенно, полностью подтверждая «орбитовскую» формулировку, что лучше жевать, чем говорить. Ей – точно!

Сначала во время одного из эфиров, где блистала Савченко, очень специфически «стурбованная» зрительница поинтересовалась у нее, что надо делать с «еврейским игом», которое пришло вслед за монголо-татарским, «москальским», польским и т. д. Надя неожиданно оживилась, согласилась со зрительницей и предложила «крепко думать». Когда же ее обвинили в бытовом антисемитизме, она решила оправдаться, и всем стало понятно, что лучше бы она этого не делала. «У нас 2% евреев, которые проживают в Украине, занимают 80% власти», – сформулировала она главный тезис. А потом, чтобы мало никому не показалось, расшифровала свой посыл: «Я ничего не имею против евреев. Я не люблю жидов... Я уже неоднократно говорила, что нет плохого народа. Есть плохие люди. Также есть украинцы, а есть хохлы, есть россияне, а есть кацапы, есть поляки, а есть ляхи». При этом «НашаНадя», прошедшая нелегкий путь от Героя Украины до «Путинской кобылы Кремля», добавила, что и она – «не антисемитка и не расистка», и Украину вряд ли можно назвать антисемитской страной.

Конечно, нельзя. Во-первых, где вы видели этот антисемитизм?!!! Это же чистая случайность, что только за последние дни в селе Петриков на Тернопольщине неизвестные осквернили нацистскими символами памятник жертвам Холокоста:

А в Одесской области, где в Белгород-Днестровском районе пару недель назад свалили стелу памяти жертв того же Холокоста, буквально на днях в селе Березовка Татарбунарского района просто страшным смерчем прошлись по еврейскому кладбищу, уничтожая и оскверняя уже могилы генетических «неукров»:

МИД Украины же четко назвал эти действия «спланированной провокацией, которая имеет своей целью расшатывание межнационального мира и согласия в Украине». И сам глава этого МИД Павел Климкин в «Твиттере» заявил, что «решительно осуждает акт вандализма против мемориала Холокоста» и что «провокации не повлияют на дружбу между украинским и еврейским народами». А раз Климкин это сказал, то все будет чики-пуки, все это знают: по всему миру идет слава о пунктуальной исполнительности этого человека и его настойчивости и требовательности насчет исполнения им сказанного.

Конечно, не повлияют. И зря так распинается посольство Израиля в Украине, когда пишет: «Призываем правоохранительные органы провести тщательные расследования последних инцидентов ...с целью самого быстрого привлечения виновных к ответственности в установленном законодательством порядке». Потому что, во-вторых, правоохранители сами знают, что им делать, когда в центре столицы убивают беглых иностранных депутатов, а под Харьковом взрываются склады, и сам гарант нации нарезает им задачи: «...Делом чести всех правоохранительных органов Украины, и служба (СБУ – Авт.) должна подставить свое плечо и помочь, является и раскрытие убийства вчерашнего, когда возле «Премьер-Паласа» был убит бывший депутат Госдумы России, главный свидетель по делу Януковича, и раскрыть убийство журналиста Павла Шеремета, и раскрыть вчерашнюю диверсию в Харьковской области (в Балаклее. – Авт.), это тоже дело военной контрразведки вместе с военной прокуратурой». Какие памятники? Вы это о чем? Детки шалят. Пошалят и перестанут...

В-третьих, и не фиг педалировать исключительно еврейский вопрос. Всем сейчас плохо. Идет декоммунизация, десоветизация и стремительное освобождение от проклятого наследия духовной, идеологической и культурной кремлевской навалы во главе с Институтом имени национального освобождения Вовы Вятровича, и сами украинцы не знают, кому памятники снесут, а кому установят. Упомянутого Вову-то давно никто не обследовал. И потому даже опытные врачи не могут на глазок установить, какой сегмент исторической несправедливости и в какой лобной части его чисто арийско-галичанского черепа сейчас волнует.

А значит, одинаково страдают все. Вон буквально на днях отпилили ногу коню на памятнике Николаю Щорсу. Какой породы был конь? Что это за фамилия Щорс такая, явно не чисто украинская, не трипольская и не арийская? Нужно разбираться – вдруг москали. И конь, и всадник...

Кроме того, известно же, что не только следы евреев и москалей сносят со светлого лика освобожденной украинской земли, которая идет в Европу, чтобы припасть к лону европейских и общечеловеческих ценностей, принципам толерантности и ЛГБТ-сообщества. «Клятых ляхов» тоже не жалуют свободолюбивые и национально возрождающиеся без должного медицинского присмотра укры. Только в текущем году за те же две последние недели были осквернены памятник польским профессорам, казненным гитлеровцами во Львове, мемориал памяти украинско-польского конфликта в селе Подкамень на Львовщине и памятник поэтессе-националистке русского происхождения Елене Телиге в Киеве. А еще раньше национально возрождающиеся варва… пардон, патриоты «отметили» мемориал памяти поляков в Гуте Пеняцкой...

И, наконец, в-четвертых, понятно же, что антисемитизм, особенно бытовой, в любой стране зиждется на трех «китах»: тупости (неумный пипл не может прохавать сказанное Маргарет Тэтчер о том, что в Великобритании нет антисемитизма, ибо британцы не считают себя хуже евреев), зависти (тупорылые считают, что евреи живут обязательно лучше них, и потому жаба давит) и стремлении переложить собственное лузерство и неудачи с себя на кого-то другого или третьего (дескать, засилье инородцев не дает жировать титульной нации).

Но какое отношение все это может иметь к украинской чисто арийской нации, которая провела революцию гидности, выбрала Европу, практически получила безвиз и очередной транш кредита МВФ, уничтожила насильно насажденную инородцами («жидами, москалями и ляхами») промышленность и индустрию, проводит медицинскую реформу и ведет бескомпромиссную борьбу с коррупцией, толерантно относится к педофилии и даже скотоложеству? Конечно, – настаиваю на этом!!! – никакого! А все, что украм и ариям подбрасывают со стороны, это, как сказал Климкин, одергивая свой знаменитый мятый пиджачок не по размеру, «спланированная провокация, которая имеет своей целью расшатывание межнационального мира и согласия в Украине». Откуда она, эта провокация и ее налетчики-исполнители? Да все оттуда – из Кремля, где бесчинствуют Путин и его буряты, раскосыми глазами «хыжо» взирающие на украинские успехи на пути в Европу. Завидуют потому что. Но Климкин-то точно знает, что «нам свойе робыть»...

Кроме того, всем же известно, что антисемитизм и стремление переложить вину на иностранцев появляются тогда, когда:

а) в стране все становится плохо и нужно искать кого-то виноватого – «ворога», который во всем и виноват;

б) когда поиски такого «ворога» приветствуются властями, которые хотят отвлечь внимание собственного населения на негодный объект и таким образом скрыть собственные провалы и неуспехи в управлении страной.

Но разве нужны украм и ариям враги в лице тех же евреев или поляков, когда у них есть «всим ворогам ворог» – «путинский Мордор», москальское чудище обло, озорно, огромно, стозевно и лаяй, как говорится. Именно оно породило «вату» и «колорадов», «сепаров» и «генетический мусор». С такими врагами никакие другие не нужны. И только последний «сепар» может думать, что украинские власти, абсолютно успешно ведущие к европейским зияющим высотам, поняли, что русских во «врагах» уже мало, что «москали» уже «биомассу не вставляют» и нужны какие-то новые отвлекалочки. Так может думать только самый последний глупый дурак, не получавший разъяснительно-вдохновляющие тезисы Министерства информполитики и его шефа «МинСтеця», которые все эти темы давно «обкашляли» и решили, что нужно думать украм и ариям, а что нежелательно...

...Вот так вот! А вы думали? Все четко! Все под контролем! «СУГС!» и «Аминь» практически в одном флаконе. И не верьте вы своим глазам! И никаким фотографиям. Когда такие катаклизмы на дворе, мало ли что может привидеться...

P.S. И, ясное дело, это путинская подстава – поведение грантоедческого Комитета избирателей Украины (КИУ), который на днях зачем-то определил пятерку (ТОП-5) украинских политиков-ксенофобов из бывших и нынешних нардепов (по нисходящей) – Олега Тягныбока, Надежду Савченко, Игоря Билецкого (кто это, по мнению КИУ, если среди нардепов есть Андрей с такой фамилией), Игоря Мирошниченко и Юрия Сиротюка. Они, по утверждению КИУ, и словом, и делом ксенофобски оскорбляли представителей нетитульной нации укров и ариев. Зачем это, если даже глава КИУ Алексей Кошель признает: фигня все это, нету ксенофобов в Украине. «Украинский политикум имеет достаточно низкий уровень ксенофобии, что свидетельствует о здоровой и толерантной громаде и обществе. Однако некоторые политики все же позволяют себе резкие заявления относительно тех или иных национальностей. В частности, это представители националистических партий, к которым на прошлой неделе присоединилась Надежда Савченко. Это политические карлики, по которым в полной мере нельзя характеризовать украинскую политическую арену», – написал он. И вдруг ТОП-5 ксенофобов. Видимо, все же Путин подкармливает и этих грантоедов, воду мутит и сеет межнациональную рознь. Неймется ему...

Источник


Сестры делали это для себя: оригинальные мотеты из женского монастыря XVI века

Laurie Stras
Professor of Music at the University of
Southampton


Недавно найденная коллекция хоровой музыки отличается от любой другой музыки того времени. Кто его сочинил? Все доказательства указывают на младшую дочь Лукреции Борджиа

Лукреция Борджиа, на фреске Пинтуриккио, изображена на обложке новых альбомов записей мотетов
Musica Secreta и Celestial Sirens, выполненных Лори Страс и Деборой Робертс.

Восемь лет назад, просматривая библиографию музыкальных отпечатков XVI века, мой взгляд был захвачен названием мотета: «Salve sponsa Dei». «Невеста Христа», — подумала я. «Должно быть, для монахинь!»

Это был один из 23 анонимных мотетов, опубликованных вместе в 1543 году, поэтому я сделала то, что должен был сделать любой уважающий себя специалист, изучающий женские монастыри, и заказала репродукции книги. По мере того как я помещала мотеты в удобную для современных певцов нотацию, я обнаружила, что они не похожи ни на одну другую музыку XVI века, которую я когда-либо видела. Они были плотными, интенсивными, а иногда и поразительно диссонирующими.


Музыковед и дирижер Страс Лори: "Вдруг я поняла, почему эта музыка вызывала тошноту у епископов".

Музыка - для пяти равных голосов (неуказанного пола) - удивительно красива и все же странна, даже очень. Эти работы пролежали незамеченными и нелюбимыми почти четыре столетия, главным образом потому, что они были анонимными. В наши дни анонимность предполагает, что тот, кто создал книгу, музыку, живопись или что-то еще, не был достаточно важен или продукт не был достаточно хорош для того, кто его создал, чтобы этим озаботиться. Но в 16-м веке анонимность была также важным способом для дворянского сословия замаскировать свое участие в коммерческих предприятиях, которые считались ниже их уровня, (вот почему Джезуальдо, принц, опубликовал свои мадригалы анонимно).

Но Вирджиния Вулф была права, когда сказала: «Аноним был женщиной». Респектабельные дамы также не должны были претендовать на рынок, поэтому, если их работа действительно появлялась в печати, это часто делалось без имени или, как мы знаем из более поздних веков — под псевдонимом. Если бы обстоятельства были иными, мы могли бы подумать, что романы Джорджа Элиота [George Eliot] и Каррер Белла [Currer Bell] написаны мужчинами. Мы никогда не узнаем, как много музыки 16-го века, опубликованной анонимно, или композиторами, о которых мы не можем найти биографических подробностей, было написано женщинами.

Эти мотеты были опубликованы за несколько десятилетий до любой другой изданной музыки, которая была предназначена для женских монастырей, но я совершенно уверена, что они были написаны для монахинь одной монахиней: монахиней-принцессой по имени Сестра Леонора д'Эсте. Вам, возможно, неизвестно это имя, но, возможно, вы слышали о ее печально известной матери, Лукреции Борджиа?



Леонора (1515-75) была единственной оставшейся в живых дочерью Лукреции Борджиа и ее третьего мужа, Альфонса д'Эсте, герцога Феррары. Когда Леоноре было всего четыре года, Лукреция умерла от осложнений после рождения, возможно, ее 10-го ребенка. Леонора воспитывалась в женском монастыре Тела Господня в Ферраре, где была похоронена ее мать, потому что не было женщины ее звания, чтобы воспитывать ее при дворе. В возрасте восьми лет она решила навсегда поступить в монастырь, и когда ей было 18, стала аббатисой. Это может показаться рано для женщины быть руководителем в таком возрасте, но ее мать была назначена губернатором Сполето всего в 19 лет — возможно, она унаследовала руководящие способности своей матери. Возможно, она предпочла стать монахиней вместо того, чтобы стать брачной разменной монетой для своего отца, и поэтому она могла делать то, что она больше всего хотела делать — играть и учиться музыке — без отвлечения внимания на деторождение или политику. Она могла узнать из опыта своей матери, что за смешанное удовольствие — быть дочерью могущественной семьи.

Как и остальные члены ее семьи, Леонора была высокообразованной и глубоко интересовалась музыкой, но, что необычно для женщины, ей было позволено развить этот интерес к реальному опыту, который был отмечен и восхищен самыми уважаемыми музыкантами своего времени. Но ее музыкальные способности были все более необычными и потенциально противоречивыми, потому что она была монахиней. Музыка монахинь была высоко оценена массами: писатели-путешественники в течение всего 16-го века будут рекомендовать музыкальные католические женские школы при монастырях потенциальным посетителям Венеции и Феррары, в частности.



Но церковная иерархия была разделена по этому вопросу. Некоторые думали, что монахини, поющие полифонию, делали Божью работу и называли их хоры «небесными сиренами», так как прекрасное звучание их голосов привлекало больше людей для богослужения. Но другие считали, что они занимаются дьявольской работой, потому что музыка заставляла сестер быть восприимчивыми к тщеславию. В 1539 году епископ Вероны запретил всю полифонию в каждом монастыре, находящемся под его юрисдикцией, заявив, что монахини должны использовать «умственное внимание, используемое для понимания нотации и правил музыки», вместо того, чтобы сосредоточиться на литургии.

Услышав эти мотеты, я впервые поняла, почему епископы были так озабочены пением монахинь. Даже те, кто не привык к музыке эпохи Возрождения, могут сказать, что эти мотеты действительно необычны; они чувственны и непредвиденно эмоциональны. Часто они кажутся ближе к произведениям Джона Тавенера, чем творениям Палестрины: пять голосов гипнотически плещутся друг вокруг друга, подталкивая слушателя. Постоянное эхо между частями кажется шепотом или слабым, но настойчивым напоминанием мелодии, которая врезается в ваше сознание еще до завершения произведения.

Самой впечатляющей пьесой в книге является мотет для Пасхального Воскресенья, Haec dies. Его заключительная «Аллилуйя» звучит как расширенный колокольный звон со всеми тональными столкновениями и случайными ритмами, которые вы могли бы услышать, если бы вы стояли в центре Феррары, где внезапно смолкли все церковные колокола. Колокола были запрещены во время Страстной недели, а Аллилуйи запрещены в течение всего Великого поста, но они радостно вернулись к монахиням в Пасхальную Заутреню. На бумаге выглядит невозможным, что это было написано в XVI веке, но я нашла это скопировано в рукописи XVII века из чешского монастыря — и монахи явно любили ее так сильно, что добавили текст для Рождественской Заутрени, чтобы можно было петь это два раза в год..
.
.


Тексты мотетов отражают аспекты, которые являются особенно личными для монахинь: одна пьеса имеет длинный и восхитительный раздел, прося Деву Марию молиться за «посвященный женский пол». Другая, молитва к св. Клэр, целиком основана на мелодии, построенной из слоговых названий нот (do-re-mi и т. д.), чьи гласные звуки соответствуют словам из молитвы. Клэр была основателем монашеского ордена Сестры Леоноры, а сольфеджио было то, как Леонора научила своих молодых послушниц петь — так что, похоже, все в монастыре могли присоединиться к музыке для праздника основателя. Другие подсказки, которые привели меня к Леоноре, включают в себя несколько аспектов — мелодии в контрапунктическом изложении — которые связывают музыку с произведениями из капеллы Эсте, некоторые из которых были частными и известны только ее семье, а также сильная концентрация в коллекции музыки для их покровителя, Клэр.

В конечном счете нет убедительных доказательств того, что музыка принадлежит Леоноре, и, возможно, никогда не будет, но в конце концов, личность композитора менее важна, чем сама музыка: утонченная, современная, сложная и выразительная, она заслуживает того, чтобы ее услышали и оценили наряду с величайшими работами XVI века.

Источник