June 15th, 2021

Я, Вера

Еще в детстве мне казалось, что со мной должно произойти что-то необыкновенное. Нет, не казалось — я была уверена, что это произойдет. Я всегда ждала ЭТО, сама не зная что. А может быть, зная, что это что-то, что у взрослых называется «любовь». Иногда я неслась, боясь опоздать, как будто знала куда. Неслась сломя голову, не опасаясь за то, чтобы она осталась целой. Я правда никогда ничего не боялась. Я не знала чувства страха. Я пронеслась через детство, через Гнесинский институт, через увлечение старинной музыкой. Из медиевистики — изучения старинных манускриптов XIII–XIV веков — я попала в газету и во взрослую жизнь, где был маленький ребенок, интересная работа и муж. К браку я довольно скоро стала относиться как к неизбежному злу. Брак он и есть брак. И я понеслась дальше.

В то утро я оказалась в Зале Чайковского. Никаких предчувствий у меня не было. Хотя именно тогда, в тот год «нервы были обожжены». Потом, много позже я определила это ощущение — ощущение себя в невесомости. Которое дает музыка Баха, Моцарта. Которое вдруг возникает после сильных переживаний. Или — трагических, или — радостных, но к которым всегда почему-то примешивается ощущение неизбежности утраты. И ты летишь, летишь, но только в невесомости. Внутри все натянуто так, что ты даже не ощущаешь этого натяжения.

* * *
Collapse )

СМЕРТЬ ЭМИНЕСКУ

Караджале
Константиновский Илья Давыдович

СМЕРТЬ ЭМИНЕСКУ

Вот выдержка из дневника Титу Майореску:

«Вторник 28 июня 1883…  Часов в десять утра Эминеску пришел к нам… Неподвижно глядя на стену,  он благословил мою жену и дочь, а потом обнял меня, весь дрожа… Позднее,  к обеду, пришел Караджале и, узнав все, что случилось с Эминеску,  заплакал».

Утонченный, холодный эстет Майореску записывал в  дневнике не свои ощущения и сокровенные мысли, а главным образом факты.  Дневник его похож скорее на бухгалтерскую книгу, чем на исповедь.  Трагедии времени отражены в нем не страстными комментариями, а  лаконичным протоколированием случившегося. Запись от 28 июня 1883 года,  не совсем понятная неосведомленному читателю, означает, что величайший  румынский поэт Михаил Эминеску сошел с ума. Она означает также, что  узнав об этом, «циник» Караджале, не обладавший невозмутимостью  профессора философии, хотя и был в то время в очень плохих отношениях с  Эминеску, дал волю своему отчаянию и слезам.

Collapse )