dem_2011 (dem_2011) wrote,
dem_2011
dem_2011

Categories:

Рядом со Сталиным (4)

Утром 6 марта из правительственного сообщения для народа СССР и всего мира стало известно, что 5 марта 1953 г. в 9 часов 50 минут вечера после тяжелой болезни скончался Председатель Совета Министров СССР и Секретарь Центрального Комитета Коммунистической партии Советского Союза Иосиф Виссарионович Сталин.

В ночь на 2 марта 1953 г. у И.В. Сталина произошло кровоизлияние в мозг (в его левое полушарие) на почве гипертонической болезни и атеросклероза. В результате этого наступил паралич правой половины тела и стойкая потеря сознания. Кровоизлияние разрушило важные области мозга и вызвало необратимые нарушения дыхания и кровообращения. Болезнь И.В. Сталина приняла необратимый характер с момента возникновения кровоизлияния в мозг. Поэтому принятые энергичные меры лечения не могли дать положительного результата и предотвратить роковой исход. Медицина была бессильна. Он скончался, не приходя в сознание. 5 марта была образована комиссия по организации похорон. «Соратники», ждавшие его смерти, в спешке поделили руководящие портфели государственной власти. Светлым пятном в этом дележе есть то, что не забыли вызванного И.В. Сталиным с Урала Георгия Константиновича Жукова. Его они назначили вопреки желанию военного министра Булганина; на назначении Г.К. Жукова первым заместителем военного министра СССР настоял Н.С. Хрущев, исполнявший обязанность секретаря ЦК КПСС, будучи первым секретарем Московского комитета КПСС.

Прикрепленный И.В. Сталина подполковник Василий Михайлович Туков был назначен ответственным за организацию похорон. Из морга на Садово-Кудринской улице он доставил в гробу тело И.В. Сталина в Колонный зал Дома Союзов. Вскоре прибыл и сам председатель Комиссии по организации похорон Иосифа Виссарионовича Сталина Н.С. Хрущев. На высоком постаменте на носилках с длинными держателями гроб был установлен в центре Колонного зала напротив двух дверей — входов в зал.


Похороны И.В. Сталина..gif


Похороны И.В. Сталина.

Между этих дверей со стороны фойе расположили в вертикальном положении крышку от гроба по христианским православным канонам похорон. Над установленным гробом Хрущев начал предлагать устроить шатер из знамен, нависающих над покойным. Я присутствовал при этом разговоре членов комиссии и вслух высказал свои мысли Хрущеву. Он знал, с кем разговаривает, и согласился со мной, что не надо прятать под знамена вождя, все, кто придет проститься с ним, увидят его, не рассеивая своего внимания на предлагаемых атрибутах. Члены комиссии согласились с моим мнением. В комиссии кроме председателя — Н. Хрущева были Л.М. Каганович, Н.М. Шверник, A.M. Василевский, Н.М. Пегов, П.А. Артемьев, М.А. Яснов.

Тем временем комендант «Ближней» И.М. Орлов привез форму генералиссимуса. Но чтобы не беспокоить покойника надеванием, мундир по шву его спинки распороли на две части и через рукава костюма надели на усопшего.

У подножия постамента среди орденов и медалей покойного впервые появилась здесь не врученная, а вернее не принятая при жизни И.В. Сталиным награда — Золотая звезда Героя Советского Союза.

Комиссия по организации похорон И.В. Сталина определила день похорон — 9 марта 1953 г. в 12 часов дня на Красной площади Москвы. 9 марта советский народ провожал в последний путь человека, который руководил им около тридцати лет. Как горьковский герой Данко, он освещал путь народу. Хорошо или плохо светил народу факел его сердца, но он делал это для народа, и вот теперь он погас. Жизнь страны и советского народа была неразрывно связана с ним и в тяжелые годы испытаний войны и труда.

Он был личностью, импонирующей жесткому времени того периода, в котором протекала вся его жизнь.

Он был человеком необычайной энергии, эрудиции, несгибаемой воли; был резким, жестким, беспощадным как в делах, так и в беде.

Он производил величайшее впечатление, его влияние на людей было неотразимо.

Он обладал глубокой, лишенной всякой паники, логикой и осмысленной мудростью.

Он был непревзойденным мастером находить пути выхода из самого безвыходного положения.

Он в самые критические моменты несчастья и торжества оставался одинаково сдержан, никогда не поддавался иллюзиям и панике.

Когда он говорил, казалось, что каждое слово он мысленно взвешивает, а затем только произносит.

Он не допускал случаев двойственности суждений, тем более обмана или самообмана; не удивительно и то, что он мог приносить извинения по случаю содеянного.

Он был сложной, запоминающейся личностью, по выражению A.M. Горького, «человек с большой буквы».

Три дня и три ночи длилось великое скорбное прощание народа с Иосифом Виссарионовичем Сталиным.

Среди тех, кто пришел проститься с И.В. Сталиным, был и маршал Советского Союза Г.К. Жуков. Он был отозван И.В. Сталиным в Москву из Уральского военного округа буквально за неделю до траурных событий и должен был прибыть на встречу в ближайшие дни, но состоялась встреча только у гроба.

Поздно ночью, когда прекращался доступ прощающихся в Колонный зал, наступала пора работы медиков. Гроб почему-то сделали большой, длинный, не по размеру, и чтобы не было смещения тела, в ноги усопшего пришлось положить несколько упаковок ваты. Для гроба были изготовлены две крышки. Одна обычная, ее оставили в фойе, а вторая имела сверху отверстие в районе головы покойника, покрытое сферическим, прозрачным стеклом из триплекса. Эту вторую крышку разместили в зале за гробом. Там Дьяков — врач, который всюду с нами ездил и в обязанности которого входила проверка продуктов для охраняемого, провел по стеклу крышки пальцем крест-накрест и, обращаясь ко мне, сказал: «Вот и все, Юра. Крест ему».

Гроб утопает в цветах. Венки стоят у стен зала, фойе сплошными шпалерами. Запах зелени и живых цветов наполняет траурный зал с притушенными черным крепом люстрами.

Все время сменяется почетный караул. Его несут представители партийного актива города Москвы, министры, военные, ученые, писатели. Советские люди восприняли смерть И.В. Сталина не только как общенациональное горе, общечеловеческое, но и как свое личное горе. Вся страна прощалась со Сталиным.

Три дня подряд, не иссякая ни утром, ни вечером, извиваясь по улицам Москвы, текла и текла живая река народной любви и скорби, вливаясь в Колонный зал Дома Союзов.

Много часов за эти три дня простоял я у гроба как на берегу непрерывно текущей утром и днем, вечером и ночью живой человеческой реки. И мне казалось, что я слышу биение сердца каждого брата, каждой сестры, моего отца, приехавшего из города Серпухова, моей беременной жены и маленького сына, идущих и идущих мимо, в миг Великого прощания.

Неумолчно звучит в Колонном зале торжественно-скорбная музыка, в радиорубке под потолком зала, наблюдая за залом сверху, читают скорбные стихи Алексей Сурков и Константин Симонов. Буквально за одни сутки хор Большого театра разучил траурную песнь Петра Ильича Чайковского. До этого песнь исполнялась только два раза в России. Со сцены Колонного зала, у гроба, перед выносом покойного хор исполнил, провожая его в последний путь, эту заупокойную литургию. 8 марта в это же время по предписанию Патриарха Московского и всея Руси Алексия Первого во всех приходах русской православной церкви проходили поминальные службы по усопшему Иосифу.

9 марта советский народ и народы всего мира, представленные своими делегациями и представителями, провожали в последний путь человека, вершившего судьбами мира. Гроб накрывают крышкой с выступающим сферическим отверстием. На крышке закреплена военная фуражка генералиссимуса Советского Союза.

Четыре офицера выездной охраны И.В. Сталина бережно поднимают гроб с постамента и передают его в руки соратников покойного и еще только одного иностранного представителя — главы китайской партийно-правительственной делегации, премьера Государственного административного совета Китайской Народной Республики товарищу Чжоу Эньлаю. С непокрытыми головами процессия направляется из зала. В фойе мне, идущему с левой стороны, пришлось оказать помощь несущим правой рукой гроб — в левой у каждого из них был свой головной убор. Чтобы не было сбоя и нежелательного наклона гроба при перехвате рук при одевании, я брал у каждого из них головной убор и поочередно одевал на их головы, не прерывая движения. Процессия направляется к выходу. При спуске по широкой мраморной лестнице Колонного зала в отсутствие посторонних лиц началась перебранка среди несущих гроб. На нижних ступеньках лестничного марша оказались впереди идущие низкого роста, а позади гроба — высокие ростом Каганович и Булганин. И вот по ним «передние» и начали словесный обстрел. Особенно изощренно усердствовал в употреблении мужской словесной брани Берия. Ему вторил Маленков. А началось все из-за того, что тяжесть гроба переместилась вниз, на впереди идущих. Задним несущим следовало гроб опустить чуть ниже своего плеча, создав ему горизонтальное положение. К выходу на улицу, на публику, как ни в чем не бывало, когорта успокоилась. Офицеры закрепляют гроб на орудийном лафете. Две пары цугом запряженных лошадей медленно трогаются с места в путь. Внешний вид лошадей вызывает боль и стыд за наше военное министерство. Неужели в самой Москве и во всей России не нашлось ничего лучше этих бедных, изможденных и неряшливо убранных лошадей вороной масти?

Впереди процессии шли генералы: в их руках подушечки с орденами и медалями усопшего. Непосредственно за орудийным лафетом следуют партийные и советские руководители и члены семьи покойного.

На пути следования венки сплошной стеной в несколько рядов прислонены к гранитному цоколю Дома Совета Министров, ими же опоясано здание Исторического музея. Зеленой многоцветной аллеей венки обозначили путь от Колонного зала до Красной площади.

Траурная колонна под звуки похоронного марша медленно движется к Красной площади. Воздух тих, не шевелится, мороза в хромовых легких сапогах не чувствуешь. Траурный кортеж останавливается вблизи от Мавзолея Ленина. Воинские части, расположенные на Красной площади, склоняют боевые знамена. Офицеры сталинской охраны снимают гроб с орудийного лафета и передают его партийной когорте. Несколько метров они несут его на руках по Красной площади. Затем офицеры принимают гроб и устанавливают на высоком постаменте, задрапированном красными и черными полотнищами, напротив Мавзолея Ленина.

Перед Мавзолеем с правой стороны стояли одетые в дубленочки два мальчика и девочка — стайка внуков И.В. Сталина и члены его немногочисленной семьи. Здесь же в строю, напротив гроба, расположились генералы, у каждого из которых в руках красные подушечки с наградами генералиссимуса.

Без нескольких минут 11 часов председатель комиссии по похоронам Н.С. Хрущев объявляет открытым траурный митинг, посвященный памяти И.В. Сталина. Первое слово предоставляется Маленкову. Его речь сухая, как на партийно-хозяйственном активе. Он говорит о священной обязанности, кого неизвестно, но только не об усопшем. Ничего вразумительного от себя сказать не смог и бесцветно, вяло закончил свою речь. Следом выступивший Берия говорил о каких-то успехах народа и о тяжелой сейчас утрате. И все это неискренне, формально. Несколько раз он начинает речь с фразы: «Кто не слеп, тот видит» и так далее. И все его выступление построено так, как бы перед ним стоит слепая аудитория. Его распирало желание закончить свою речь сообщением, что советский народ с единодушным одобрением встретил какие-то решения. Неизвестно где и когда советский народ их одобрил. А далее становится ясно из его слов, что главным из этих решений является назначение на пост председателя Совета Министров СССР, как он говорит, «талантливого ученика Ленина и верного соратника Сталина Г.К. Маленкова». По тону его выступления понятно, что кукушка захвалила петуха для себя с перспективой на будущее. Третьим и последним на митинге выступил В.М. Молотов. Искренне, как старый товарищ, но не по возрасту (он на десять лет моложе того, о ком скорбит), очень душевно отозвался о покойном. От его немного заикающейся от волнения речи веяло теплом человеческих чувств к усопшему.

Митинг окончен. Члены правительства поднимают гроб и медленно несут его в Мавзолей, при полном молчании, без руководящих понуканий и грубых слов. Над входом в Мавзолей уже размещены два слова: «Ленин» и ниже «Сталин». Внутри Мавзолея после дневного света зрение не сразу привыкает к подземному освещению. Как только миновали вход в Мавзолей, из рук несущих гроб приняли и понесли офицеры выездной охраны покойного: В. Косарев, Н. Нефедов, А. Кутейников, Ю. Соловьев и я. Офицеры избавили «соратников» от их недостойных понуканий друг друга, как это было на лестницах Колонного зала Дома Союзов. Миновав каскад ступенек, офицеры с гробом спустились в нижний, траурный зал Мавзолея. Предстояло гроб установить в зале на высоком постаменте.

У нас в России, как и во все исторические времена, без воровства не обошлось. Нашлись люди, польстившиеся и тайно утащившие венок, возложенный немецкой делегацией то ли восточной, то ли западной Германии. А венок этот, оригинально оформленный, сделан был из какого-то дорогого цветного металла. Так что соблазн был велик.

В период прохождения XXII съезда КПСС тайно, под покровом сумерек, якобы в порядке подготовки проведения парада на Красной площади, с нее были удалены все посторонние люди. Площадь была оцеплена. С левой стороны за Мавзолеем была вырыта могила для перезахоронения тела И.В. Сталина. Вечером рабочие строительного управления № 63 треста «Строитель» Главмосстроя во главе с их руководителем Каукаловым сделали обрамление из железобетонных плит по дну и боковым стенкам могилы. А вместо земли на гроб насыпали по объему автомашину раствора бетона. Замуровали якобы для безопасности, чтобы никто не вырыл и не утащил гроб с телом. Перезахоронением руководил генерал Захаров — начальник управления охраны. По его указанию перед выносом из Мавзолея останков И. В. Сталина с мундира генералиссимуса, в котором он лежал в саркофаге, были срезаны пять крупных и несколько мелких золотых пуговиц. Пожадничали, помелочились и здесь, с такими ценностями не могли расстаться. О факте кражи золотых пуговиц рассказал во всеуслышание всему российскому народу сам генерал Захаров, выступая по телевидению почти через сорок лет. И все это без зазрения совести. Воистину, жадность не имеет границ. Позднее рабочие и их начальник Каукалов мне лично рассказали об их проделанной работе на Красной площади в ту ночь. Как они выразились, «похоронили вождя путем».

Сразу после похорон И.В. Сталина полковник Иван Васильевич Хрусталев за то, что во время своего дежурства впустил в пустой главный дом сына И.В. Сталина — Василия, был заключен во внутреннюю тюрьму Лубянки и после 10-дневного пребывания там был выпущен. Вскоре он вслед за охраняемым умер. Припоминается, что на кухне главного дома дачи была диетическая сестра, ни с кем практически не общавшаяся женщина, нелюдимая какая-то. После смерти охраняемого ее как ветром сдуло с дачи, хотя до этого она всюду совала свой нос : от холодильника с продуктами до готовой пищи.

Мавзолей Ленина — Сталина. 1953 г..gif

Мавзолей Ленина — Сталина. 1953 г.

Ни до, ни после нас в истории управления охраны правительства офицеров охраны не высылали в другие города и веси. С нами, офицерами охраны И.В. Сталина, поступили так впервые, выслав нас на периферию, на работу, не связанную с нашими ранее исполняемыми обязанностями. Тогда мы еще не знали, что в одной из магаданских тюрем-казематов для нас уже готовились персональные погребальные склепы. В управлениях на местах высылки у начальников были пакеты, которые надлежало вскрыть на момент сигнала «Ч» и под конвоем этапировать нас на восток. Сколько было семейных трагедий, понижений офицеров в звании. Генерала Власика продолжали держать в тюрьме. К семье генерала в их квартиру на улице Горького подселили шумливую дворничиху и сделали квартиру коммунальной. Из Москвы выслали всех. Даже парковых рабочих и доярку, которая ухаживала за коровой на даче «Ближняя», и тех не пожалели.

В 1959 году через семь лет после ухода из жизни И. В. Сталина в день его восьмидесятилетия в английской палате лордов один из инициаторов «холодной войны» У. Черчилль, будучи в преклонном 85-летнем возрасте, помянул И.В. Сталина словами глубокого уважения: «Он создал и подчинил себе огромную империю. Это был человек, который своего врага уничтожал руками своих врагов, заставлял даже нас, которых открыто называл империалистами, воевать против империалистов. Сталин был величайшим, не имеющим себе равных в мире, диктатором. Он принял Россию с сохой и оставил ее оснащенную атомным оружием. Нет, что бы мы ни говорили о нем, таких история и народы не забывают».

Осуществились пророческие слова генерала Власика «меня не будет, хозяина не убережете».

P.S. После некоторого времени пребывания в «ссылке», особенно стало легче после ареста Берии, офицеры выездной охраны И.В. Сталина нашли в себе силы и волю не потеряться в жизни и остались верными сынами своей Родины.

У каждого по-своему сложилась судьба, но в основном все вернулись к своим семьям в Москву и нашли себя на другом, чем прежде, поприще работы. Многие из молодых по возрасту офицеров окончили заочно высшие учебные заведения, а более старшие по возрасту нашли работу в народном хозяйстве.

Ахматов Константин работал начальником пассажирского поезда по поездкам за границу;

Бынин Николай работал в аппарате Моссовета, юрист;

Вавилов Василий за работу в муниципалитете Киевского района г. Москвы был награжден орденом Трудового Красного Знамени;

Варенцов Александр — ответственный работник Московского горкома КПСС;

Громадный Сергей восстанавливал «Ближнюю» дачу, подвергшуюся экзекуции после смерти И.В. Сталина;

Гусаров Сергей — кандидат в члены бюро Московского городского комитета КПСС, ответственный работник Московского комитета;

Егоров Павел — работник аппарата ВЦСПС, юрист;

Елизаров Павел — служащий одного из райисполкомов г. Москвы;

Климов Михаил — бывший прикрепленный Светланы Иосифовны, «дядька» — пенсионер;

Кораблев Анатолий — заместитель начальника отдела кадров Радиокомитета;

Кручинин Василий — работник дипломатического корпуса;

Кашеваров Всеволод — диспетчер аэропорта «Внуково»;

Кузнецов Георгий — педагог производственно-технического училища, юрист;

Михайлов Федор — второй секретарь Ленинского райкома КПСС г.Москвы, юрист;

Нефедов Николай — научный сотрудник секретного научноисследовательского института;

Пулин Владимир — ответственный работник Министерства атомной энергетики;

Соколов Константин — служащий секретного предприятия г. Москвы;

Соловьев Юрий — юрисконсульт Главмосстроя;

Туков Василий — ответственный работник аппарата Академии наук СССР;

Косарев Владимир — сотрудник КГБ СССР.

И это далеко не полный перечень моих коллег по выездной охране И.В. Сталина, какими они стали после 1953 г.

Моя человеческая память не может расстаться с отдельными событиями и эпизодами общения с охраняемым, эти воспоминания как маленькие миниатюры живут со мной даже пятьдесят лет спустя.

Сотрудник группы личной охраны И.В. Сталина
майор в отставке Ю.С. Соловьев
«24 » января 2003 года

image014.png

Соловьев Юрий Сергеевич (1922–2005)

Уроженец г. Рязани, русский, образование 10 классов. Окончил школу младшего начальствующего состава и в 1959 г. окончил ВЮЗИ (Всесоюзный заочный юридический институт). Член ВКП(б) с 1945 г. В пограничных и внутренних войсках НКВД СССР с октября 1940 г. по декабрь 1943 г.

Трудовая и служебная деятельность:

До 1940 года — учился в средней школе г. Рязань, Наро-фоминск, Кунцево.

X/ 1940 — XII/ 1943 — заместитель политрука в 1-м мотострелковом полку ОМСДОН НКВД СССР.

XII/ 1943 — курсант школы 6-го Управления НКГБ СССР.

VI/ 1944 — XII/ 1946 — сотрудник, офицер охраны 1-го отдела 6-го Управления НКГБ СССР, Управления охраны № 1 МГБ СССР.

I/ 1947 — VI/ 1952 — офицер охраны, офицер выездной охраны Управления охраны № 1 ГУО МГБ СССР.

VII/ 1952 — IV/ 1953 — офицер выездной охраны подразделения № 1 Управления охраны МГБ СССР.

VI/ 1953 — X/ 1954 — старший оперуполномоченный УВД МВД СССР по Тульской области.

X/ 1954 — III/ 1960 — офицер охраны, офицер выездной охраны 1-го отдела 9-го Управления КГБ СССР.

IV/ 1960 — уволен по сокращению штатов.

Присвоение званий: Награды:
1946 г. — младший лейтенант 1948 г. — лейтенант 1951 г. — старший лейтенант 1955 г. — капитан 1945 г. — орден Красной Звезды 1948 г. — приказом МГБ СССР объявлена благодарность за выполнение специального задания 1945–1959 гг. — награжден семью медалями

---------------------------

Текст публикуется в авторской редакции

http://www.runivers.ru/vestnik/issues/9123/479291/

Tags: Сталин
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments