dem_2011 (dem_2011) wrote,
dem_2011
dem_2011

Category:

ПРЕДЕЛ И БАРЬЕР БАБЬЕГО ЯРА

© Юрий Окунев

В физиологии используется понятие «запредельного торможения», называемого еще защитным или охранительным торможением. В очень упрощенной и краткой интерпретации, запредельное торможение рефлексов, реакций и эмоций живого существа возникает в его нервной системе, когда внешнее физическое или психическое воздействие превышает некоторый предел.

Я вспомнил о физиологическом феномене запредельного торможения в связи с приближающейся трагической датой: 70 лет тому назад евреи города Киева были уничтожены в глубоком овраге, название которого стало символом преступлений целой эпохи человеческой истории – Бабий Яр.

Очень трудно или даже невозможно описать это преступление на соответствующем уровне эмоционального напряжения, ибо трагедия Бабьего Яра не имеет адекватного отображения в человеческой психике. По аналогии с физиологическим пределом, после которого происходит торможение рефлексов, события Бабьего Яра являются примером эмоционального предела, вблизи которого человеческие чувства тормозятся, перестают развиваться и даже «рвутся», как перетянутая струна. Поднимаясь, подобно библейскому Иову, по ступеням нарастающих страданий, человек может адекватно отслеживать, например, трагедию и горькие переживания юной Анны Франк, но его эмоциональные сопереживания не способны подниматься до уровня Бабьего Яра – они тупеют, затвердевают и ломаются на подступах к страшному обрыву этого оврага. Слова так же бессильны перед пределом Бабьего Яра, как и чувства: трагедия, геноцид, массовое убийство, кровавая бойня, убийство родителей на глазах у малолетних детей, сбрасывание живых детей в яму c трупами ударом палаческого сапога, многослойное кровавое месиво из голых трупов и еще живых кровоточащих людей – все это порождает в воображении ряд жутких зрительных образов, но эмоции уже не следуют за ними, они застыли и перестали развиваться, они просто не в состоянии следовать этому ужасу...

Евгений Евтушенко одним из первых попытался дать поэтическое отображение человеческих эмоций над обрывом Бабьего Яра:

Над Бабьим Яром памятников нет.
Крутой обрыв, как грубое надгробье.
Мне страшно. Мне сегодня столько лет,
Как самому еврейскому народу...

Над Бабьим Яром шелест диких трав.
Деревья смотрят грозно, по-судейски.
Все молча здесь кричат, и, шапку сняв,
Я чувствую, как медленно седею.

И сам я, как сплошной беззвучный крик,
Над тысячами тысяч погребенных.
Я – каждый здесь расстрелянный старик.
Я – каждый здесь расстрелянный ребенок.

Под свежим впечатлением от посещения места трагедии, за одну ночь вдохновенного прозрения, молодой поэт поднял планку эмоционального стресса личности до высоты Бабьего Яра. Да, так, и только так, можно подняться на ту высоту – обратиться в униженного, оплеванного, изуродованного пулеметной очередью старика, воплотиться в маленького испуганного плачущего ребенка, сброшенного окровавленным штыком палача в яму с трупами мамы и бабушки и..., превратившись в «сплошной беззвучный крик», почувствовать, «как медленно седеешь»...

Небольшое стихотворение под названием «Бабий Яр» вызвало в 1961-м году настоящее потрясение среди интеллигентных советских людей, свыкшихся с отвратительным юдофобством, которое следовало не замечать и, само собой разумеется, не обсуждать. Это был редчайший в истории литературы случай, когда стихотворение, всего лишь – небольшое стихотворение, совершило переворот в общественном сознании и стало материальной силой – словно само Провидение встало во весь свой исполинский рост, грохнуло кулаком по столу заседаний суда истории и внятно, громогласно озвучило то, о чем втихую многие давно шептались: «Над Бабьим Яром памятников нет!»

***

В сообщении государственной комиссии по расследованию преступлений немецких фашистов и украинских коллаборационистов в Бабьем Яре, утвержденном в Управлении пропаганды ЦК ВКП(б) под патронажем самого зампредседателя Совнаркома СССР В.М. Молотова, слово «евреи» было заменено на «мирные советские граждане» – сигнал к тотальной фальсификации и замалчиванию чудовищного преступления против еврейского народа был дан.

История этой шитой белыми нитками фальсификации и этого подлого замалчивания уходит своими корнями в советский госантисемитизм, который был инициирован руководством ВКП(б) в 1939 году и фактически введен на государственном уровне в 1943-м. К несчастью для народов России, под руинами Сталинграда был похоронен не только германский нацизм, но и советский интернационализм. Этот странный и трагический выверт истории состоялся именно во времена Сталинградской битвы, когда нацистские бациллы шовинизма и юдофобии переползли из расистской Германии в интернациональный Советский Союз. Сразу же после великой Сталинградской победы Сталин начал проводить через высшие партийные органы негласную политику государственного антисемитизма и ввел в стране систему постепенно расширявшихся ограничений для евреев. Поганый стяг государственного антисемитизма, пошатнувшийся в руках Национал-социалистической рабочей партии Германии, был ловко перехвачен Коммунистической партией Советского Союза и пронесен ею незыблемо сквозь полвека последующей истории, вплоть до разгона этой преступной организации в августе 1991 года.

После победы 1945-го года антисемитская направленность политики советского режима уже мало скрывалась. Аркадий Ваксберг в книге «Сталин против евреев» рассказал примечательную историю Софьи Куперман, семья которой была уничтожена фашистами во время оккупации Киева, по-видимому, в Бабьем Яре. Вернувшись после войны в Киев, она узнала, что ее квартира занята другими людьми. Обойдя безрезультатно все инстанции и еще не понимая, почему ей не возвращают квартиру, Софья пробилась на прием к Первому секретарю райкома партии. Пока секретарь с казенным выражением на лице читал ее длинное заявление, она, волнуясь, рассказывала ему, что все ее родственники замучены фашистами. Секретарь внезапно вспыхнул, отбросил в сторону заявление и выпалил:

«Кто вас снабжает вражеской дезинформацией про мнимые мучения евреев? Поищите лучше ваших замученных родственников где-нибудь в Ташкенте. Сменили фамилии и живут припеваючи. Вы сами-то где прятались? Наверно, не в партизанских землянках. Отъелись в тылу, а теперь еще квартиру требуете. Я передам ваше заявление в Госбезопасность, там разберутся».

Секретарь райкома в своем кратком резюме, на самом деле, выдал концептуальные положения советской антисемитской доктрины, разработанной на исходе войны в ЦК ВКП(б). Основные ее пункты можно сформулировать следующим образом:

– преследование фашистами евреев было незначительной частью преследований советских людей, поэтому подчеркивание «мнимого мученичества» евреев является антисоветской националистической пропагандой;

– евреи во время войны в большинстве своем жили в Ташкенте и других безопасных местах, когда русские, украинцы и другие народы проливали свою кровь на полях сражений;

– отсидевшись в тылу, они теперь выступают с националистическими требованиями, ссылаясь при этом на свое «мнимое мученичество» – эти требования следует рассматривать, как подрывные и враждебные социалистическому интернациональному государству.

В силу ряда причин, о которых разговор впереди, эти установки исполнялись особенно рьяно на Украине. В книге Михаила Мицеля «Евреи Украины в 1943-53 гг.: очерки документированной истории» приведены факты травли украинских евреев Никитой Хрущевым, который стал после освобождения Украины от немцев Первым секретарем украинской компартии. Трагедия украинских евреев, трагедия Бабьего Яра потрясла мир, потрясла всех нормальных людей, но отнюдь не руководителя украинских коммунистов. Более того, он всячески препятствовал возвращению эвакуированных и оставшихся в живых евреев на свою родину. Подобную «интернациональную» позицию Хрущев мотивировал следующими словами:

«Евреи в прошлом совершили немало грехов против украинского народа. Народ ненавидит их за это. На нашей Украине нам не нужны евреи. И я думаю, для украинских евреев, которые пережили попытки Гитлера истребить их, было бы лучше не возвращаться сюда. Здесь Украина!И мы не заинтересованы в том, чтобы украинский народ толковал возвращение советской власти как возвращение евреев».

Советская Украина сначала выдала своих евреев фашистским палачам, а затем устами своего партийного вождя отреклась от них – и от погибших, и от оставшихся в живых. Партийным мракобесам было недостаточно уничтожения киевских евреев в Бабьем Яре, они теперь вознамерились заставить всех забыть и Бабий Яр, и вообще – сам факт существования евреев на этой земле...

***

Александр Бураковский в статье «Память нужна не мертвым...» описал свои детские впечатления от посещения Бабьего Яра вместе с отцом в 1944 году:

«Страх от первого посещения Бабьего Яра весной 1944 остался в моей детской памяти... В тот день отец взял меня с собой... Крутые овраги поросли колючим кустарником. Я сбегал по извилистым тропинкам легко и быстро, цепляясь за кусты. Отец же шел медленно, его правая рука еще не двигалась. Он шел – и плакал... Больше никогда я не видел его плачущим. В этих ярах покоились его старший брат с женой и пятью дочерьми, его старшая сестра с семьей, другие родственники. На дне изрытого и размытого дождями оврага было очень холодно. И страшно, будто в сыром подземелье... Позднее, когда я уже знал что такое Бабий Яр и изредка приходил сюда один, почти всегда находил в разных концах оврагов высохшие, а иногда – свежие, будто случайно и незаметно уроненные, маленькие букетики полевых цветов, отдельных хризантем, иногда – красных роз. Много лет не было в Бабьем Яре места, куда бы можно было принести цветы памяти организованно. Страна старалась стереть из памяти людской трагедию Бабьего Яра».

Почему страна старалась стереть из памяти людской трагедию Бабьего Яра? Ведь это преступление совершили фашисты, которых страна только что повергла в прах. Почему советские, а потом новые украинские власти 70 лет делали все возможное, чтобы извратить истину Бабьего Яра? Почему они до сих пор не удосужились соорудить на месте Бабьего Яра пристойный мемориал в память о величайшей человеческой трагедии, о трагедии еврейского и украинского народов, которые жили вместе на этой земле веками?

До начала 1960-х годов тема геноцида евреев на территории Советского Союза, равно как и любые упоминания еврейского происхождения жертв нацизма или героев сопротивления нацизму, оставались под полным запретом. В сталинские времена были случаи жестокого уголовного преследования людей с обвинением их в «злостной националистической пропаганде» за вывешивание в публичном месте портрета Героя Советского Союза еврейской национальности. Попытки Ильи Эренбурга и Василия Гроссмана опубликовать документальную «Черную книгу» о преступлениях нацистов на оккупированных территориях СССР были решительно пресечены, потому что в рукописи приводились факты уничтожения фашистами людей из-за их еврейского происхождения.

Перелом наступил в 1961 году. Опубликованный в «Литературной газете», в обход цензуры и благодаря мужеству редактора Валерия Косолапова, евтушенковский «Бабий Яр» оказался чудесной пращой Давида, пробившей брешь в антисемитской доктрине советского партийного Голиафа. Другое чудо случилось через год, в 1962-м, когда в Москве под управлением Кирилла Кондрашина была исполнена 13-я симфония Дмитрия Шостаковича «Бабий Яр» с вокальной партией и хором на стихи Евгения Евтушенко. Ошеломленная публика со слезами на глазах стоя аплодировала Шостаковичу и Евтушенко – словно божественная совесть, давно забытая и насмерть забитая в годы сталинизма, внезапно ожила под торжественными сводами Большого зала консерватории. Непреложный нравственный принцип авторов музыки и текста внезапно раскрылся перед всеми – порядочность человека проверяется его отношением к евреям, отношением к трагедии Бабьего Яра.

После произведений Евтушенко и Шостаковича тема Бабьего Яра перестала быть «антисоветской», хотя еще долгие годы оставалась «не вполне советской». В 1966-м году был опубликован, хотя и с купюрами, сенсационный роман-документ «Бабий Яр», написанный очевидцем киевских событий осени 1941 года Анатолием Кузнецовым – жуткая, горькая, голая правда о преступлении немецких профессиональных убийц и их украинских подельников выползала наружу из-под нечистот и груд помойного мусора, которыми киевские власти, в прямом и преносном смысле, заливали и засыпали могилы Бабьего Яра.

Со второй половины 1960-х годов Виктор Некрасов и многие другие выдающиеся интеллектуалы разных национальностей отчаянно боролись за правду о еврейской трагедии в Бабьем Яре, за создание мемориала жертвам геноцида, достойного этой трагедии всемирно-исторического масштаба. Эта борьба продолжается и сейчас, через полвека, продолжается, то усиливаясь под международным давлением на украинские власти, то ослабевая под бременем глухой безнадежности. Кое-чего даже удалось достичь – на территории бывшего Бабьего Яра появились памятные камни и монументы, к которым можно, по крайней мере, принести цветы. Подробности этой, пока безуспешной, а, на мой взгляд, и безнадежной, борьбы за мемориализацию Бабьего Яра можно найти в статье Александра Бураковского «Не мертвым нужна память...» и в его же обширном исследовании на английском языке "Holocaust remembrance in Ukraine: memorialization of the Jewish tragedy at Babi Yar". Нет необходимости пересказывать эти исчерпывающие тему публикации.

Я впервые посетил территорию бывшего Бабьего Яра где-то в начале 1970-х. Помню, что никто не мог толком объяснить его точное местоположение. В конце концов, какой-то таксист, возивший прежде иностранных туристов, показал нам с приятелем то, что осталось от Бабьего Яра. Зрелище было невыразительным, унылым... Помойку, которую видел здесь Евгений Евтушенко в 1961 году, убрали, овраг залили пульпой и засыпали песком и землей. Через него проложили асфальтированную дорогу, разровняли место для парка и футбольного поля, поблизости строилось здание нового телецентра, на подступах виднелись стандартные жилые кварталы... Картина была успокоительно мирной... Как и следовало ожидать, никаких знаков случившейся здесь жуткой трагедии не было. Над останками несчетных и несчитанных тысяч убитых здесь людей мирно катились автомобили, играли в футбол мальчишки – среди них, возможно, и абсолютно невинные внуки тех украинских полицаев, которые убивали здесь еврейских мальчиков и девочек...

Глухая ярость закипала в душе от этой «мирной идиллии» – да будет проклят вовеки этот потерявший совесть безбожный режим, бесчувственно промышляющий на месте массового убийства еврейских детей извергами рода человеческого...

Помнится, тогда, в начале 70-х, я решил – никогда больше не приду на это место глумления над памятью мучеников Бабьего Яра. Прошло 40 лет с того времени, и вот как описывают мои друзья, недавно посетившие Киев, те же места:

«Бабий Яр сегодня – большой неухоженный парк Киева, вокруг него огромный спальный район, поэтому там много народа. Прямо у входа в парк находится относительно новая станция метро Дорогожичи. Но то что это Бабий Яр понять невозможно, никаких надписей нигде нет. В парке гуляют люди, играют в футбол, теннис, много пьяных. Видимо, никто особо не знает, что это за место. Территория огромная, по ней разбросано несколько монументов. Есть памятник детям, погибшим в яре, красивый – что-то вроде разбитых игрушек. Надписей никаких, в том числе поясняющих, чьи это были дети. Есть памятник погибшим евреям в виде меноры, неухоженный, решетка сломана, вокруг грязь. Рядом с менорой развалины какого-то недостроя – возможно, строили какой-то центр, но так и не достроили».
 

Глумление над памятью убитых продолжается, глумлению исполняется 70 лет...

«Здесь, в Бабьем Яре, в сентябре-октябре 1941 года, немецкие солдаты-эсэсовцы и украинские полицейские зверски убили всех евреев города Киева – десятки тысяч женщин, стариков и малолетних детей. Вечное проклятие убийцам! Светлая память жертвам геноцида еврейского народа!» – вот и все, что примерно следовало бы написать у входа в Бабий Яр, чтобы прекратить глумление, прекратить раз и навсегда. Но, увы, трудно поверить, что подобная короткая надпись появится когданибудь на месте Бабьего Яра – в ней содержится правда, которя слишком многих не устраивает...

***
Дальше

Tags: babi yar, Бабий Яр, Киев, СССР, Украина, Хрущев, Юрий Окунев
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments