Человек–легенда… (стр. 2)
В сравнительно небольшой по меркам быстро текущего Времени срок (1994 – 2001 гг.) в так ценимых нами письмах О. Димитриади вырисовывается яркая картина творческой жизни этого незаурядного человека на последнем этапе его земного существования.
И самое, на мой взгляд, главное, что в это, весьма трудное для всех нас время (и для Одиссея далеко не только из-за возраста!), над всеми подробностями жизни, которыми он щедро делился со мной как с близким человеком — в том, о чём он говорил, всегда царил творческий дух! Достаточно вспомнить, какими словами откликнулся Одиссей на очередное моё письмо. В свои 93 года этот великий дирижёр написал (Афины, 22 мая 2001 г.):
«Какое славное письмо вы мне откатали. С удовольствием его прочёл и перечитал.(…) Как хорошо, что Вы вспомнили моего любимого Борю, и я ухожу в эти славные воспоминания. (…)Да! Пожалуй, с Борей у меня были самые братские отношения. (…) Спасибо, что Вы так хорошо пишете о музыке! Я с ней не расстался — всё в голове без нот. А какие гениальные сочинения у меня возникают в памяти! Хорошо, что этого Бог ещё не отнял!»
Удивительный человек! Он был до конца жизни предан музыке. Как и мой отец. Это было заложено в них в ранней молодости, в консерваторские годы. Как не благодарить судьбу за то, что были в моей жизни эти годы, окрашенные общением (пусть виртуальным, в письмах) с человеком яркой творческой натуры и к тому же — редкостных душевных качеств.
Имя Одиссея Димитриади , как и сам образ этого великого музыканта — артиста, уверена, никогда не уйдут из людской памяти. Его яркая личность, бурная творческая деятельность, множество воспитанных им учеников, также ставших известными дирижёрами (достаточно назвать хотя бы Джансуга Кахидзе, но ещё и многих) — всё говорит о том, что страницы, вписанные Одиссеем Димитриади в книгу Жизни, сохранят его имя для истории. Огонь, зажженный им в душах тех, кто знал этого замечательного человека и смог почерпнуть что-то для себя из источника его неиссякаемой энергии, никогда не погаснет. Такие люди оставляют после себя яркий жизненный след.
Изольда Милютина,
25 марта 2015 года.
Письма
И самое, на мой взгляд, главное, что в это, весьма трудное для всех нас время (и для Одиссея далеко не только из-за возраста!), над всеми подробностями жизни, которыми он щедро делился со мной как с близким человеком — в том, о чём он говорил, всегда царил творческий дух! Достаточно вспомнить, какими словами откликнулся Одиссей на очередное моё письмо. В свои 93 года этот великий дирижёр написал (Афины, 22 мая 2001 г.):
«Какое славное письмо вы мне откатали. С удовольствием его прочёл и перечитал.(…) Как хорошо, что Вы вспомнили моего любимого Борю, и я ухожу в эти славные воспоминания. (…)Да! Пожалуй, с Борей у меня были самые братские отношения. (…) Спасибо, что Вы так хорошо пишете о музыке! Я с ней не расстался — всё в голове без нот. А какие гениальные сочинения у меня возникают в памяти! Хорошо, что этого Бог ещё не отнял!»
Удивительный человек! Он был до конца жизни предан музыке. Как и мой отец. Это было заложено в них в ранней молодости, в консерваторские годы. Как не благодарить судьбу за то, что были в моей жизни эти годы, окрашенные общением (пусть виртуальным, в письмах) с человеком яркой творческой натуры и к тому же — редкостных душевных качеств.
Имя Одиссея Димитриади , как и сам образ этого великого музыканта — артиста, уверена, никогда не уйдут из людской памяти. Его яркая личность, бурная творческая деятельность, множество воспитанных им учеников, также ставших известными дирижёрами (достаточно назвать хотя бы Джансуга Кахидзе, но ещё и многих) — всё говорит о том, что страницы, вписанные Одиссеем Димитриади в книгу Жизни, сохранят его имя для истории. Огонь, зажженный им в душах тех, кто знал этого замечательного человека и смог почерпнуть что-то для себя из источника его неиссякаемой энергии, никогда не погаснет. Такие люди оставляют после себя яркий жизненный след.
Изольда Милютина,
25 марта 2015 года.
Письма