dem_2011 (dem_2011) wrote,
dem_2011
dem_2011

Categories:

«А я ни одному человеку ни грамма не поставлю…»

Так получается, что самые первые дошедшие до нас записи украинского романса «Нiч яка мiсячна» сделали солисты Киевской оперы, которые по своему происхождению украинцами не были. А вот четвертью века позже Николая Платонова «Нiч» записал человек удивительной судьбы и огромного таланта, по праву являющийся истинной гордостью украинского народа.

Он тоже был солистом предвоенной Киевской оперы, хотя и пришёл туда несколько позже своих ровесников — Николая Платонова, Зои Гайдай и Андрея Иванова. В 1935 году, когда они уже покоряли киевлян, он только-только закончил Харьковский инженерно-строительный институт. И потом, уже в годы войны, его не увидят Уфа, Иркутск и Москва, его не услышат раненые в тыловых госпиталях и бойцы на передовой. Его ждала тогда совсем иная судьба.

Но он тоже был солистом предвоенной Киевской оперы. И он тоже — вслед за Николаем Платоновым и Андреем Ивановым — спел романс «Hiч яка мiсячна».

Борис Романович Гмыря
Борис Гмыря (1903—1969),
народный артист СССР

Великий украинский певец-бас Борис Романович Гмыря родился 5 августа 1903 года — на северо-востоке нынешней Украины, в семье простого каменщика. В юности ему было не до театров и не до консерваторий: чтобы элементарно выжить, ему пришлось соглашаться на любую работу, довелось ему поработать и грузчиком, и матросом. Лишь в 27 лет он получил, наконец, аттестат о среднем образовании, что дало ему возможность поступить в Харьковский инженерно-строительный институт.

Вероятно, именно там, в столичном тогда Харькове, Борис Гмыря впервые услышал имена Марии Литвиненко-Вольгемут, Ивана Паторжинского и Зои Гайдай — своих будущих коллег по Киевской оперному театру. Быть может, он даже слышал их пение на сцене Харьковской оперы. Незаурядное его дарование бросалось в глаза: ему разрешили, не прерывая учёбы в инженерно-строительном институте, одновременно обучаться искусству пения и в консерватории.

В 1939 году, закончив Харьковскую консерваторию, он становится, наконец, солистом Киевской оперы. Там он, пришелец со стороны, не совсем, по-видимому, «вписался» в коллектив. У него, ровесника Николая Платонова, Андрея Иванова и Зои Гайдай, — быть может, в силу особенностей его характера, сформированного очень тернистым путём к оперной сцене — контакта с более авторитетными коллегами не получилось. Рассказывает Анна Принц, президент нынешнего Фонда Бориса Гмыри (цитируется по статье Таисии Бахаревой):

«Как только Борис Романович пришёл в Киевский оперный театр, его начали "есть" коллеги. Его, баса, заставляли петь баритональные и теноровые партии. Дошло до того, что как-то Борис Романович написал заявление: "Прошу не загружать меня теноровыми партиями, поскольку это ведёт к деградации голоса". Но всё было бесполезно…».

Внешне его карьера развивалась вполне успешно: лауреат Всесоюзного конкурса вокалистов в 1939 году, он уже в 1941 году становится заслуженным артистом Украины. Но вот когда наступила война… Так получилось, что к началу войны Борис Гмыря оказался в Харькове, где проходил курс лечения (разрыв связок). Уже десять дней спустя и Николай Платонов, и Андрей Иванов, и Зоя Гайдай, и Мария Литвиненко, и Иван Паторжинский были отправлены в эвакуацию, в далёкую от фронта Уфу. А про Бориса Гмырю… про него все забыли. Ещё через несколько дней в Харьков вошли немцы.

И пришлось Борису Гмыре вновь заняться тем, чем он занимался в свои молодые годы, — выживанием. Чтобы заработать на хлеб, он и при немцах стал делать то, что делать умел. Он стал петь. Через некоторое время он стал солистом Полтавского музыкально-драматического театра, переведённого немцами в Каменец-Подольский. Анна Принц продолжает:

«… Достоверно известно, что гауляйтер Украины Эрих Кох издал распоряжение вывезти из Украины даже труп Гмыри. Его спас от неминуемой смерти комендант Полтавы, немец, образованный человек. Он был покорён талантом украинца. И когда немцы покидали Полтавскую область, он позвал к себе Гмырю и сказал: "Борис, выбирай сам. Ты без Украины не сможешь жить и петь. Вот самолёт, выбирай сам: или ты улетаешь и перед тобой открыты все театры мира, или останешься здесь и…" Борис Романович отказался. Немец понимал, что он, как дерево, вырванное с корнем, не приживётся на другой земле. И ТАК петь уже не будет. Гмыре как бы организовали побег, не стали его искать, так он и остался в Украине…».

После освобождения Украины Гмырю не тронул ни Хрущёв, руководивший тогда Украиной, ни Сталин. Более того, в 1951 году Борису Гмыре — говорят, что по личному распоряжению Сталина — было присвоено звание народного артиста СССР, минуя ступеньку народного артиста Украины, а уже в следующем году Гмыря получил и Сталинскую премию.

Рассказывает старейший работник Киевской оперы, художник-декоратор Юрий Белоненко:

«… И вдруг — мы тогда были на гастролях в Ленинграде — читаем в газете: "Присвоить Гмыре Борису Романовичу звание народного артиста СССР". Что же случилось? Все в недоумении. Бросились поздравлять его, требовать, чтобы "выставлял": "Борис Романович, с вас причитается!" И вот я вышел после премьеры — впервые в Ленинграде! — и пошёл прогуляться по набережной. Вдруг смотрю, идёт навстречу мне Борис Романович. "Гуляете? Ну давайте прогуляемся…" И вдруг говорит: "Вы знаете, я получил звание, и все ко мне подходят, требуют магарыч, а я ни одному человеку ни грамма не поставлю. Единственный человек, которому я могу налить хоть канистру, хоть цистерну, — это Сталин"…».

Его простили высокие власти — коллеги его не простили. В 1957 году Борис Гмыря ушёл из Киевского оперного театра. Ушёл сам, в одночасье. Ушёл молча, унося в сердце обиду.

В последующие годы он много гастролировал, выступал в концертах, представляя самого себя — народного артиста СССР Бориса Гмырю. Благодаря радио и телевидению его голос в нашей стране хорошо знали и любили миллионы слушателей. Он всегда был желанным гостем в Москве, но жить он предпочитал в Киеве. В 1960 году он был награждён орденом Ленина.

Среди десятков самых различных записей романса «Hiч яка мiсячна» та его запись, которую в начале 60-х годов сделал Борис Гмыря, хронологически является третьей. Хотя она и появилась спустя четверть века после той старой пластинки с голосом Николая Платонова, но, разумеется, Борис Гмыря прекрасно знал и его исполнение, и исполнение Андрея Иванова — своих давних коллег по предвоенной Киевской опере.

Народный артист СССР Борис Романович Гмыря скончался у себя дома, в Киеве, 1 августа 1969 года, всего лишь четырёх дней не дожив до 66 лет. Умер он легко и быстро: в результате внезапного и обширного инфаркта. Из цитированной выше статьи Таисии Бахаревой:

На рояле знаменитого певца так и стоят раскрытыми ноты романса «Последний луч погас»… Телефон с огромной чёрной ручкой, зелёная настольная лампа и большой портрет Пушкина на стене…

Столетие со дня его рождения Украина в суматохе национальных идей как-то пропустила.

Валентин Антонов, август 2010 года

Романс «Hiч яка мiсячна» исполняет народный артист СССР Борис Гмыря.
Новогодний выпуск телепередачи «Голубой огонёк», 1962 год




Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments