dem_2011 (dem_2011) wrote,
dem_2011
dem_2011

Categories:

Российские колокола вывозят на переплавку в Германию. Обзор американских газет от 30 января 1917 г.

LiveJournal Media продолжает переводить интересные и познавательные заметки из американских газет прошлого и позапрошлого веков, которые посвящены событиям в России и жизни русских. Сегодня редакция изучает публикации от 30 января 1917 года.

The Sun:




Заметка от 30 января из газеты The sun, 1917 год


После того, как немецкие власти изъяли колокола из православных церквей и некоторых католических храмов в Варшаве, делегация священников обратилась к некоему высокопоставленному правительственному чиновнику, умоляя вернуть древние колокола, считавшиеся ценными реликвиями. Чиновник пообещал решить этот вопрос, но каково же было недоумение священников, когда через некоторое время они получили посылку с фотографиями колоколов и письмом, в котором объяснялось, что сами колокола бесследно исчезли и фотографии — это все, что официальная власть может предоставить на данный момент.

Историческая справка:

Начало Первой мировой войны, когда на всех фронтах по приказам командиров воюющих армий массово и систематически снимались колокола с целью использования ценного материала для производства снарядов или чтобы не дать воспользоваться ими врагу, стало важным импульсом для начала организованных исследований и инвентаризации колоколов.

История военного дела до тех пор не знала такого огромного спроса на высококачественные металлы и, конечно, не отметила проведения логистически сложной акции описи, концентрации и перемещения десятков, а может и сотен тысяч колоколов. В России, скорее всего, дело было втом, чтобы не дать возможности вражеским армиям захватить стратегический материал, такой как бронза, колокольная медь и прочие металлы. Планировалась эвакуация таких объектов на территории, не охваченные военными действиями, с возможностью их возвращения своим владельцам после их прекращения.




Немецкие солдаты реквизируют польские колокола, 1917 год


О широкой подготовке к эвакуации в военных кругах говорилось уже в начале 1915 г., когда составлялись ее подробные планы. Католический епископ Ян Цепляк, резидент в Петербурге, направил 21 июня 1915 г. царскому правительству записку по поводу этого национального сокровища: «...будут ли эти колокола переплавлены на снаряды? В ответ получил официальное заверение от Комиссии обороны, что церковное имущество не будет реквизироваться, и лишь поломанные куски меди будут использованы Правительством», а акция продиктована опасностью захвата этих земель врагом, который, «изготавливая из меди этих колоколов снаряды, сможет убивать наших сыновей, братьев и прочих родственников».




В ожидании отправки на переплавку, 1917 год


Несколькими днями позднее началась массовая акция по снятию, концентрации и вывозу железнодорожным транспортом в направлении Москвы, Петербурга, Курска и других промышленных центров цветных металлов. На Виленском примере можно сказать, что в те дни командующий в этом районе генерал-майор Чернявский дал приказ № 5660 о предоставлении всех колоколов российской армии. Ссылаясь на приказы главного командира Северо-Западного фронта, приказал Губернскому архитектору и городскому инженеру в Вильне провести снятие и временное обеспечение сохранности колоколов. Апостольский протонотарий и администратор Виленской епархии Казимеж Михалкевич пытался добиться отмены приказов, отправляя телеграмму Верховному Главнокомандующему российской армии его Императорскому Высочеству Великому Князю Николаю Николаевичу через Губернатора Ко- венского Петра Веревкина с просьбой оставить колокола в католических ко- стелах, как это было в Варшаве.

Через несколько дней поступил отрицательный ответ, и 21 августа началось официальное систематическое снятие колоколов. Работами в Вильне руководили губернский архитектор Александр Александрович Шпаковский и инженер Евгений Александрович Рафаловский. Эффективность работ за- висела от оперативности помогающих им военных отрядов и силы сопротивления прихожан и духовенства. Официальный акт, в котором определялась стоимость депозита, составлялся тогда в двух экземплярах. Месяц позднее колокола с сопровождением были вывезены на поезде в Москву. Учитывая их высокую материальную ценность, начальник железнодорожной станции разрешил, чтобы транспорты сопровождались двумя прихожанами. Во многих случаях препятствием для исполнения приказа стали молниеносно продвигающийся на восток фронт и несуразность действий российской стороны, например, около 40% инструментов с территории Вильны вообще не подверглись реквизиции, так как были спрятаны.




Варшавские колокола, подготовленные к вывозу вглубь России, 1915 год


Десятки тысяч колоколов были лишены языков, тысячи колоколен были лишены литургического смысла существования, у миллионов верующих была отнята исключительно важная часть их ежедневной и неизменной от поколения к поколению жизни. На территориях, находящихся в подчинении трех захватчиков, поляки, занятые при эвакуации колоколов, и любители культуры организовали легальные акции: описывали эвакуированные колокола так, чтобы потом, ссылаясь на юридические распоряжения, было бы проще обратиться за их возвращением или возмещением ущерба. В связи с количеством инструментов, организационными недостатками и обширностью территорий, на которых они были размещены, наиболее трудно было организовать такую акцию в России.

Подобная практика была повсеместной на оккупированных территориях в Европе. В 1916 году Австро-Венгрия стала испытывать острый дефицит цветных металлов, так как расходование их на военные нужды превысило все имевшиеся планы. В связи с этим было принято решение о реквизиции православных церковных колоколов и медных частей покрытия куполов. Сначала венгерский премьер (и один из виновников Первой мировой войны) Иштван Тиса и министр религиозных дел Бела Янкович планировали сохранить те колокола, которые были отлиты до 1700 года, однако затем все ограничения пришлось отменить по требованию армии.




Немецкие солдаты


В конце 1916 года некоторые сербские общины ходатайствовали перед военными властями о том, чтобы акции реквизиции не проводились хотя бы в дни святок, однако в Мокрене и Кумане колокола были сброшены на третий день Рождества. К октябрю 1917 года в Темешварской епархии австрийцы уничтожили все церковные колокола (См. Кециh Д. Реквивиранье звона српских православних храмова Темишварске епархиjе// Zbornik Matice srpske za istoriju, 1999, br. 59-60. C. 179-181). Столь же драматично обстояло дело и в других епархиях Сербской Церкви. По этому поводу высказался и Святитель Николай — в одной из проповедей в Лондоне он заявил, что над всей сербской землёй смолк колокольный звон: «По всей Сербии не осталось и колоколов. Немцы посбрасывали их с сербских храмов; по-видимому, их переплавляют в пушки».



Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments