dem_2011

Categories:

Князь Мышкин и Христос

Авторы:
КАСАТКИНА Татьяна
КАПЛАН Виталий

Князь Мышкин и Христос: что упускают, когда их сравнивают

Татьяна Касаткина, доктор филологических наук, заведующая отделом теории литературы ИМЛИ им. Горького РАН

О романе Достоевского «Идиот» до сих пор спорят, находят там все новые и новые смысловые пласты. Споры в основном ведутся по поводу главного героя, князя Льва Николаевича Мышкина, в котором видят Христа, но Христа лишь наполовину, Христа без Его Божественной Ипостаси. Мне же кажется, что Достоевский имел в виду вовсе не это, он вовсе не стремился доказать «от противного», что Христос — Богочеловек, а не просто совершенный человек. То есть автора интересовал не богословский аспект, не христологические догматы.

На мой взгляд, в образе князя Мышкина действительно раскрыты очень важные вещи о Христе, но касающиеся не Его природы, а Его отношения к людям. Князь Мышкин нужен автору не для того, чтобы показать, как плохо люди поступают со Христом или что Христу ничего бы не удалось, будь он всего лишь человеком — тут другая цель: показать, как вообще действует Христос в истории, как Он живет с каждым из нас, как мы для Него важны, как Он входит в самые предельные глубины нашего бытия.

Князь Мышкин служит иллюстрацией этого отношения Христа к нам: он принимает всех людей, с которыми его свели обстоятельства, он проявляет к ним не поверхностный интерес, а готов полностью войти в их жизнь, в их проблемы, в их скорби, в самые глухие тайники их душ, готов разделить с ними их боль, их стыд, их отчаянье. Это абсолютная, стопроцентная эмпатия, это восприятие другого человека как самого себя.

Для Достоевского это вообще стержневая идея: мы — не совокупность замкнутых в себе индивидуумов, мы — одно. Но не в том смысле, будто мы разные части некого единого целого, а в том, что, обладая каждый своей уникальностью — мы как бы разные духовные центры одного и того же огромного тела, человечества (а лучше сказать, единой человеческой природы). Не разные органы этого тела, а каждый из нас и есть воплощение этого тела. Именно поэтому мы и способны слышать и чувствовать любого ближнего не как другого, а как самого себя. По мысли Достоевского, именно это и подразумевается в заповеди «Возлюби ближнего своего как самого себя». «Как самого себя» — это не сравнение, а констатация того факта, что ближний — это ты сам и есть. Именно это Достоевский и пытался сказать читателям — и в романе «Идиот», и, позже, в «Братьях Карамазовых». Воспринимать другого как другого — это, считал он, ошибка восприятия. Ошибка — и одновременно грех, потому что грех это и есть ошибка, дословно, с греческого, промах, непопадание лучника в цель.

И второй момент, не менее важный — в отношении князя Мышкина к людям Достоевский показывает, что Христос, войдя в человеческую жизнь, не меняет ее властно. Он помогает человеку, но не насилует его волю, не оттесняет его. Он смиренно стоит чуть в стороне и в этом смысле оказывается вторым, а не первым. Это качество Достоевский дает и князю Мышкину, и Алеше Карамазову.

Это очень важно: каждый из нас самостоятельно выстраивает собственную жизнь, потому что Господь дал нам свободу. И лишь от нас зависит, как мы своей свободой распорядимся, услышим ли голос Христа, последуем ли за Ним. Се, стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему и буду вечерять с ним, и он со Мною (Отк 3:20). Стучу в дверь и жду — а не вышибаю эту дверь ногой и начинаю распоряжаться… Это и есть — войти вторым.

По Достоевскому, Христос именно так, вторым, вошел абсолютно во все человеческие жизни прошлого, настоящего и будущего. Вошел не для того, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих (Мф 20:28).

На пересечении этих двух идей — предельной глубины вхождения в человеческую жизнь, и вместе с тем готовности быть вторым, а не первым — и строится образ князя Мышкина. Именно к этому и призван человек: воспроизводить образ Христа в самом себе.

Для самого Достоевского это были не абстрактные рассуждения — он, при всех сложностях своего характера, на протяжении всей жизни пытался следовать этому идеалу. Следовать за Христом — и соглашаться на роль второго в жизни своих ближних. Об этом можно было бы много говорить, но достаточно привести лишь один факт: по воспоминаниям его вдовы, Анны Григорьевны Достоевской, в последние годы жизни Федор Михайлович если выходил на улицу с деньгами, то возвращался без копейки. Все раздавал.

Подготовил Виталий Каплан

В оформлении использованы кадры из фильма “Идиот” Акиры Куросавы (1951).

Источник

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded