dem_2011

Categories:

Нико Пиросмани и французская актриса Маргарита де Севр

Возможно, Маргарита де Севр (Margaritta Dé Sevre) родилась около 1885 года, так как на момент встречи с Нико Пиросмани ей было около 20 лет. В 1905 (по другой версии — в 1909 году) вместе с театром миниатюр «Бель Вю» приехала выступать в Российскую империю. Маргарита пела и танцевала кекуок в духанах и кафешантанах. Во время выступления в одном из тифлисских кафе её заметил художник-примитивист Нико Пиросмани. Нико, известный в Тифлисе как «маляр, расписывающий вывески» и содержатель лавки, в которой продавались молочные продукты и мёд, влюбился в актрису.

Однажды к гостинице, в которой жила Маргарита, подъехали арбы, доверху гружёные цветами. Вот как это описывает К. Паустовский:

«В общем, утро было бы действительно самым обыкновенным,  если не знать, что это было утро дня рождения Нико Пиросманишвили и если бы именно в это утро в узком переулке в Сололаках не появились арбы с  редким и легким грузом.

Груз этот был, очевидно, настолько легок, что арбы даже не скрипели под ним, а только чуть слышно погромыхивали, подскакивая на  крупных камнях мостовой.

Арбы были доверху нагружены срезанными обрызганными водой цветами. От этого казалось, что цветы покрыты сотнями крошечных радуг.

Арбы остановились около дома Маргариты. Аробщики,  вполголоса переговариваясь, начали снимать охапки цветов и сваливать их на тротуар и мостовую у порога.

Когда первые арбы отъехали и вся мостовая была уже усыпана цветами, на смену первым арбам появились вторые. Казалось, арбы свозили сюда цветы не только со всего Тифлиса, но и со всей Грузии.

Запах цветов заполнил сололакскую улицу. В окнах появились первые хозяйки. Они торопливо расчесывали смоляные волосы и  жадно смотрели на удивительное зрелище: аробщики, самые обыкновенные аробщики, а не легендарные погонщики из «Тысячи и одной ночи» загружали цветами всю улицу, как будто хотели засыпать ими дома до второго этажа.

Смех детей и возгласы хозяек разбудили Маргариту. Она села на постели и вздохнула. Целые озера запахов – освежающих, ласковых,  ярких и нежных, радостных и печальных – наполнили воздух. Это был, возможно, запах небесных пространств, оставшийся после медленного  прохождения ночной звездной сферы над нашей землей, или запах зародыша, замкнутого в течение долгого времени под оболочкой обыкновенного  цветочного семени, а теперь освобожденного водой, теплом и крепкими солями земли.

С обеих сторон при входе в переулок уже собрались и шумели толпы. Люди глазели на непонятное зрелище.

Непонятность того, что произошло, смущала людей, и потому никто не решался первым ступить на этот цветущий ковер, доходивший людям до самых колен.

Что же касается маленьких детей, то они могли даже заблудиться в этих цветочных грудах. Поэтому женщины, полные восхищения и гордости от сознания тайны, приблизившейся вплотную к их стертым, знакомым до последней трещины порогам (а они знали все трещины потому,  что им приходилось часто мыть эти пороги), крепко держали за руки детей и не отпускали их от себя.

Каких цветов тут только не было! Бессмысленно их перечислять!

Поздняя иранская сирень. Там в каждой чашечке скрывалась маленькая, как песчинка, капля холодной влаги, пряной на вкус. Густая акация с отливающими серебром лепестками. Дикий боярышник – его запах был тем крепче, чем каменистее была почва, на которой он рос. Нежная синяя вероника, бегония и множество разноцветных анемон. Изящная красавица жимолость в розовом дыму, красные воронки ипомеи, лилии, мак, всегда вырастающий на скалах именно там, где упала хотя бы самая маленькая капля птичьей крови, настурция, пионы и розы, розы, розы всех размеров, всех запахов, всех цветов – от черной до белой и от золотой до  бледно-розовой, как ранняя заря. И тысячи других цветов.

Взволнованная Маргарита, еще ничего не понимая, быстро оделась. Она надела свое самое лучшее, самое богатое платье и тяжелые браслеты, прибрала свои бронзовые волосы и, одеваясь, улыбалась, сама не зная чему, Потом она засмеялась, потом слезы появились у нее на глазах, но она не вытирала их, а только стряхивала быстрым движением головы.  Слезинки разлетались от этого в разные стороны и долго еще горели на ее платье.

Она догадывалась, что этот праздник устроен для нее. Но кем? И по какому случаю? И тут она вспомнила, что сегодня, кажется, день рождения Пиросмана. Может быть, все эти горы цветов он прислал ей в  память этого полузабытого дня.

Но почему прислал в день не ее, а своего рождения?

В это время единственный человек, худой и бледный, решился переступить границу цветов и медленно пошел по цветам к дому  Маргариты.

Толпа узнала его и замолчала. Это был нищий художник Нико  Пиросманишвили. Где он только взял столько денег, чтобы купить эти  сугробы цветов? Столько денег!

Он шел к дому Маргариты, прикасаясь рукой к стенам.

Все видели, как навстречу ему выбежала из дома Маргарита –  еще никогда никто не видел ее в таком блеске красоты, – обняла  Пиросмана за худые, больные плечи и прижалась к его старому чекменю.

– Почему, – спросила Маргарита, задыхаясь, – почему ты подарил мне эти горы цветов в день своего рождения? Я ничего не понимаю,  Нико.

Пиросмани не ответил. Но Маргарита всем существом, всеми нервами, всей кровью, бившейся в ее теле, поняла и без его ответа силу его любви и впервые крепко поцеловала Нико в губы. Поцеловала перед лицом солнца, неба и простых людей – жителей тифлисского квартала  Сололаки.

Некоторые люди отворачивались, чтобы скрыть слезы. Люди думали, что большая любовь всегда найдет дорогу к любимому, хотя бы и холодному сердцу. Потому что все знали, что Пиросман любил Маргариту, но она совсем не любила его, а только жалела за его горькую и неудачную жизнь.

Историю любви Пиросмана рассказывают по-разному. Я повторил один из этих рассказов. Я коротко записал его, не придавая  чрезмерного значения его сугубой подлинности. Пусть этим занимаются  придирчивые и скучные люди.

Но об одном я не могу умолчать, потому что это, пожалуй,  одна из самых горьких правд на земле, – вскоре Маргарита нашла себе богатого возлюбленного и сбежала с ним из Тифлиса». (Паустовский К.Г.: Книга о жизни. Бросок на юг).

Больше художник и певица никогда не встречались. В память о своей любви Нико в 1909 году написал картину «Актриса Маргарита».

Маргарита де Севр в реальной жизни и на картине Пиросмани *Актриса Маргарита*
Маргарита де Севр в реальной жизни и на картине Пиросмани *Актриса Маргарита*

В 1968 году, через 50 лет после смерти Пиросмани, выставка его работ проходила в Лувре. Однажды в музей пришла старушка и долго стояла возле картины «Актриса Маргарита», а потом заплакала. Старушка оказалось той самой Маргаритой де Севр. Ей было уже больше 80 лет. Актриса попросила сфотографировать её на фоне полотна, что и сделали работники Лувра. Также Маргарита принесла с собой письма, которые посылал ей когда-то Нико Пиросмани — после того, как певица уехала из Тифлиса, Нико часто видели на почте. Но представители грузинской делегации, организовавшей выставку, не решились взять эти письма по причине того, что в СССР общение с иностранцами могло иметь сложные последствия. На данный момент неизвестно, куда делись эти письма и что в них было написано.

Неизвестно также, где и когда умерла Маргарита де Севр, любовь Нико Пиросмани. 

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded