dem_2011

Categories:

Уголовное преступление композитора Алябьева

Александр Александрович Алябьев
Александр Александрович Алябьев

День  24 февраля 1825 года не предвещал перемен в судьбе  композитора Александра Алябьева. С утра он играл на рояле, днём ездил с визитами, а к вечеру ждал гостей. Послал человека в лавочку за новыми карточными колодами, угощениями и шампанским. Гости съехались к восьми  вечера. Ужинали и пили до десяти, потом играли на рояле и пели. Около  одиннадцати вечера взялись за карты. 

За стол уселись майор Иван Глебов — отставной гродненский гусар, Николай  Шатилов — шурин Алябьева и воронежский помещик Тимофей Времев со своим  спутником — губернским секретарём Сергеем Калугиным. Сам Алябьев в игре  участие не принимал — он перебрал с шампанским и тихо дремал в кресле.

Внезапно за игровым столом вспыхнул скандал. Воронежский помещик проиграл немыслимо большую сумму — 100 тысяч рублей (в то время добротную усадьбу с барским домом, садом и крепостными можно было приобрести за 8 тысяч  рублей). Услышав крик, Алябьев сразу проснулся и вскочил с кресла. Проигравший обвинял хозяина, что его дом смахивает на шулерский  притон. Немыслимое оскорбление! Завязалась потасовка.  Алябьев начал с пощёчин, закончил полноценными оплеухами Времеву и пригрозил дуэлью. 

Проигравший якобы свою неправоту признал, из сапога вытащил прибережённые золотые червонцы, отдал разъярённому Глебову. Обещался с оставшейся частью долга расплатиться позже. На этом и порешили. Гости стали разъезжаться. Воронежский помещик на следующий день уносил ноги из Москвы. А Алябьев, проспавшись, отправился на бал, развлекать свою юную возлюбленную (и  будущую жену) Екатерину Римскую-Корсакову.

Дело об убийстве

Но  уже через два дня по Москве разнеслись неприятные слухи. Говорили, что  карты метал сам Алябьев, а когда Времев поймал его на шулерстве, бывший  военный шарахнул того бутылкой мадеры в висок и убил на месте. Звучала и  ещё одна версия: в сговоре были все игроки, а Времев раскрыл их шайку, и  они забили его стульями. Кое-кто утверждал, что сначала Времев вырвался  из дома, но злодеи пустились в погоню, перехватили помещика где-то под  Москвой, избили, ограбили и бросили на дороге умирать.

Правда, в «Деле о скоропостижной смерти коллежского советника Времева» под номером 206 ни о каком убийстве речи не идёт. Умер Тимофей Миронович 27  февраля на постоялом дворе в Чертаново без всякого насилия: «Рано утром он разбудил человека Андрея проводить себя на двор для телесной нужды, куда и пошли; а как он стал испражняться, в виду того человека упал и умер».

Вызвали лекаря и полицейского, составили протокол. Врач указал: смерть  наступила «от апоплексического удара (то есть от инсульта), коему  споспешествовали преклонные лета и какое-нибудь сильное волнение».  Погребли покойного 3 марта в Симоновом монастыре.

Но дальше дело приняло неожиданный оборот. Слухи о картёжниках-мошенниках дошли до обер-полицмейстера Александра Ровинского (который уже имел неприятный конфликт с Алябьевым в Большом театре). Он донёс о скандале генерал-губернатору Москвы Дмитрию Голицыну. И тот спешит первым доложить об инциденте императору. Мол, в Москве обнаружилось «игрецкое  общество», заявившее о себе тягчайшими преступлениями — шулерством и убийством. Александр I припоминает Алябьеву прежнее вольнодумство и  вздорный характер. Делу дан серьёзный ход.

Дмитрий Голицын
Дмитрий Голицын

Отправляясь  в московскую тюрьму, Алябьев иронично заметил: «Слава Богу, что сенатор N и князь N.N. представились неделей раньше, а то сидеть бы мне ещё и за этих». Он был уверен, что вскоре «неприятная история» разрешится в  его пользу. 

И действительно, 23 октября 1825 года все участники дела были оправданы.  Но судья — Иван Пущин (тот самый будущий декабрист и лицейский  однокашник Александра Пушкина) — опротестовал оправдательный вердикт.  Иван Иванович всей душой ненавидел распущенность и хотел изменить  российские нравы. Пущин был уверен: пороки надо выжигать калёным  железом. А тут они в полной красе — аристократы играют в карты, пьют,  дерутся. И в деле даже имеется труп! Как можно такое простить? 

Пущин  настаивал на том, что Алябьева и компанию надо отправить в Сибирь. Даже  если они никого не убивали. Просто ради благого примера. Для  исправления нравов. И чтобы другим неповадно было. 

Дело  стали пересматривать вновь. К этому времени уже и сам Пущин сидел в  Петропавловской крепости. Вместо Александра Павловича на престол взошёл  Николай I. Новый император в первый же день чуть не стал жертвой  гвардейского мятежа. И вся тема «гусарской вольницы» была ему  ненавистна. На приговоре написал «Сему быть». Говорят, что на словах  государь добавил, что даже если композитор и не виновен, то «таких» следует держать как можно дальше от столиц.

«У Вас ус гусарский!», или Алябьева выдали усы
Александр Алябьев был дружен со многими декабристами, хотя в тайных обществах не состоял. И весьма необычно любил подчеркнуть своё свободолюбие.  Например, в 1822 году гвардеец Алябьев явился в театр в штатском платье, что было недопустимо по правилам того времени. Но «нарушителю» этого было мало. Он шумно реагировал на игру актёров.
Когда в антракте Александр вышел с приятелями из ложи, к нему подошёл полицмейстер  Александр Ровинский в сопровождении квартального, чтобы сделать замечание. Ровинский должен был составить протокол и сдать Алябьева военному начальству. Но гусар не пожелал называть свою фамилию. Более  того, перепрыгнул через перила лестницы и сбежал от блюстителей порядка. Однако полицмейстер опросил свидетелей и установил личность злостного  нарушителя порядка.
История дошла до правящего тогда Александра I.  Государь был в негодовании: какое неуважение к офицерскому мундиру! По личному приказу царя Алябьев был посажен на гауптвахту Петропавловской  крепости на месяц. А Ровинский затаил отдельную обиду на столь явное  неуважение к себе.
По лихо закрученным усам полицмейстер признал в нарушителе спокойствия гвардейца
По лихо закрученным усам полицмейстер признал в нарушителе спокойствия гвардейца

Вечный ссыльный

В  московской тюрьме Александр Алябьев провёл два года. Заболел  ревматизмом, начал слепнуть. Но было и в этой жизни радостное событие.  Старшая сестра выхлопотала для него рояль, который поставили прямо в  камеру. Алябьев активно музицирует, много пишет и, наконец, сочиняет  лучший свой романс на стихи Антона Дельвига. 

Партитура  «Соловья» выпорхнула из каземата в конце 1826 года (Алябьев передаёт  ноты через друга Алексея Верстовского). Уже в январе 1827 году его  исполняют в Большом театре. «Соловей» немедленно становится самым  модным романсом в благородных домах. Никто не знает, что автор сидит в  тюрьме, как подозреваемый в убийстве.

Весной  1827 года суд определяет Алябьева на место жительства в город Тобольск.  Услышав приговор, подсудимый расхохотался. Отправили на родину.  Однако ему предстояла отнюдь не смешная гражданская казнь. Алябьева лишили дворянства. Он стоял на эшафоте при большом скоплении народа, а над его  головой ломали шпагу, с мундира срывали эполеты и ордена и бросали в костёр.

В  тобольской ссылке Алябьев живёт в приходе  Захарьевской церкви, где  должен регулярно каяться под надзором священника. Наверное, это самое  сложное в жизни бывшего гусара.  

Через три года Иван Вельяминов делает серьёзную попытку помочь Алябьеву  вернуться в Москву. Четыре врача дадут заключение об ухудшающемся  здоровье композитора и надвигающейся слепоте. Вельяминов несколько раз  ходатайствует перед императором. В итоге Алябьеву разрешают посетить  Кавказ для лечения водами.

Иван Вельяминов
Иван Вельяминов

В  1831 году автор самого знаменитого русского романса отправляется в  Пятигорск. После года процедур здоровье не улучшилось. Но зато  повелением царя переменилось место ссылки. Новый город изгнания —   Оренбург.  Здесь Алябьев тоже быстро нашёл приятное общество. Он  сдружился с генерал-губернатором Василием Перовским — приятелем Пушкина и  Жуковского. Перовский устраивает концерты Алябьева, тайно пересылает  партитуры в Москву, где музыкальные произведения звучат со сцены и имеют  успех. Правда, на афишах нет фамилии автора-изгнанника, только инициалы  — А.А.

В  1835 году Перовский добивается высочайшего разрешения для композитора проживать в Московской губернии. После десяти лет арестов и ссылки Алябьев вновь в родных местах. Но въезд в обе столицы ему запрещён.  Только в 1842 году композитору разрешат жить в Москве. Правда, под  надзором полиции и без права показываться на публике. 

В  это время Алябьев уже пожилой и больной человек. Он не был прощён и  помилован. После множества прошений его жены и многих других, Николай I  твёрдо стоит на своём — Алябьев никогда не будет восстановлен в своих  правах. Единственная милость — возвращение дворянства детям Алябьева,  если таковые будут. «Если» — будто усмешка, Алябьеву 64, его супруге 43.  Через полтора года не станет Александра, вскоре умрёт бездетной  Екатерина.

Помимо обязательных ежедневных покаяний в Захарьевской церкви Тобольска было много и приятного: сибиряки гостеприимны, ссыльный принимается в лучших домах, он известен, ему покровительствует генерал-губернатор Сибири Иван Вельяминов
Помимо обязательных ежедневных покаяний в Захарьевской церкви Тобольска было много и приятного: сибиряки гостеприимны, ссыльный принимается в лучших домах, он известен, ему покровительствует генерал-губернатор Сибири Иван Вельяминов

После  декабрьского мятежа в гвардии Николай I приказал отменить все  приговоры, вынесенные Пущиным в бытность того судьёй. Кроме приговора  Александру Алябьеву

В Пятигорске сохранился дом, комнату в котором снимал когда-то ссыльный гвардеец-композитор
В Пятигорске сохранился дом, комнату в котором снимал когда-то ссыльный гвардеец-композитор

Автор текста: Маргарита Донникова

Это интересно:

Жёны декабристов

Во время ссылки в Тобольске чиновники, прибывшие из Москвы, сообщили Алябьеву, что его невеста собирается замуж за другого.
—  Что ж, — язвительно отозвался Алябьев, — она ведь не жена декабриста, —  намекая, что Екатерина Римская-Корсакова не способна на подвиги Полины  Гёбль, отправившейся в Сибирь за своим возлюбленным.
— Так и Вы попали сюда не за то, что вышли на Сенатскую площадь, — напомнили Алябьеву.

Полина Гёбль
Полина Гёбль

Версия главы тайной полиции

11  марта добиваются разрешения на эксгумацию тела и вскрытие тут же в  монастыре, при этом присутствовать могли все желающие. Заключение новое —  смерть наступила от разрыва селезёнки. Однако позже даже всемогущий  глава тайной полиции Александр Бенкендорф признавал, что скорее всего  второе заключение сделано неграмотно. И разрушения внутренностей  наступили из-за влажности могилы. А будь они нанесены в доме у Алябьева,  то умер бы Тимофей не через три дня, а в течение суток и в страшных  мучениях. А помещик всё же ушёл от картёжников на своих ногах и врачам  не жаловался.

Александр Бенкендорф выразил сомнения по поводу рокового медицинского заключения
Александр Бенкендорф выразил сомнения по поводу рокового медицинского заключения

Защитник царей и композиторов

Покровитель  ссыльного Александра Алябьева — губернатор Оренбурга Василий Перовский  некоторое время был адъютантом Николая I. Во время мятежа на Сенатской площади находился при государе. 

Василий   Перовский грудью заслонял Николая I от восставших и принял своим телом  удар, предназначавшийся императору. В Перовского попало брошенное из толпы полено, он был контужен и долго лечился.

Катина любовь: связь сквозь годы 

На  Новогоднем балу 1824 года, незадолго до ареста, Александр Алябьев вдруг  обратил внимание на Екатерину Римскую-Корсакову — младшую дочь из  известного московского семейства. Девушке шёл 21-й год, Алябьеву  исполнилось 37. Он играл свои романсы, пел, умел рассмешить, и барышня  была покорена обаятельным кавалером.

Всё располагало к будущей свадьбе. Родители Екатерины были не против —  Алябьев знаменит и богат, подполковник — подходящая партия для барышни  из хорошей семьи.

Но судьба свела влюблённых лишь через восемь лет. Она будет Екатериной  Офросимовой (по настоянию матери её выдали замуж за богатого помещика  Андрея Офросимова), а Александр — ссыльный, без званий, чинов и наград.  Композитору разрешено лечиться на водах Кавказа, а Катенька, видимо,  узнав об этой новости, убедила мужа, что ей тоже необходимо отправиться  на курорт. 

В  1832 году Екатерина и Александр встречаются в Пятигорске. Былые  чувства разгорелись с новой силой. У Алябьева творческий подъём. Он  пишет сборник романсов «Кавказский певец», посвящённый своей  возлюбленной. Открывает цикл романс «Тайна». Последние слова каждой строфы составляют фразу — «Я Вас люблю».

Спустя восемь лет, уже после смерти законного супруга, Екатерина Александровна сама найдёт Алябьева и убедит связать их судьбы, несмотря на его бедственное положение. 53-летний ссыльный обвенчался с 37-летней вдовой  Екатериной Офросимовой 20 августа 1840 года.

Похоронив мужа в 1851 году, Екатерина строит усыпальницу в Симоновом монастыре, куда перенесли прах Алябьева. На могиле она велела установить памятник — маленькую фигурку птички — соловья.

Симонов монастырь был разрушен в 1930 году. Вместе с ним исчезли могилы  лихого композитора и его любящей жены
Симонов монастырь был разрушен в 1930 году. Вместе с ним исчезли могилы лихого композитора и его любящей жены

500 произведений и один хит

Популярность многих произведений Алябьева ещё при его жизни была очень велика. Всего же он оставил после себя более пятисот музыкальных произведений — опер,  водевилей, увертюр, в том числе 160 романсов. Но только «Соловей»  получил всемирное признание. На его мелодию писали вариации и Михаил  Глинка, и Ференц Лист. 

Современники Пушкина слышали «Соловья» в исполнении знаменитой Прасковьи Бартеневой,  немецкой «оперной дивы» Генриетты Зонтаг, а в 1840-1850-е годы  «Соловей» стал коронным номером Полины Виардо.

Этот романс стал настолько популярным, что многие воспринимают его как народную песню
Этот романс стал настолько популярным, что многие воспринимают его как народную песню

Материал из выпуска №8 журнала «Ваш тайный советник», тема номера — «Русская гвардия».

via


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded