dem_2011

Category:

В Москве открылась выставка, воплотившая мечту знаменитого коллекционера Костаки

В Музее Зверева показали шедевры авангарда

11.07.2020 

Георгий Дионисови Костаки Γεώργιος Κωστάκης
Георгий Дионисови Костаки Γεώργιος Κωστάκης

Георгий Костаки – один из самых известных  коллекционеров ХХ века. Однако долгое время его собрание было  недооценено, а позже, когда пришло признание, оно разлетелось по разным  музеям и странам. Большая часть находится в Третьяковке, где недавно  открылся зал Костаки, другая стала основой Государственного музея  современного искусства в Салониках, на родине собирателя. Музей  современного искусства в Москве, о котором мечтал Костаки, так и не  открылся. Но теперь его микромодель можно увидеть в Музее Зверева,  который открылся после карантина.

фото: Мария Москвичева Музей рекомендуют посещать в маске
фото: Мария Москвичева Музей рекомендуют посещать в маске

Георгий Костаки – легендарная фигура. Грек по  происхождению, он родился и вырос в Москве. В 1930-х устроился в  водителем в греческое посольство, а позже – в британское. Ему часто  приходилось возить дипломатов по антикварным магазинам, постепенно  Костаки и сам стал страстным собирателем. Он коллекционировал самое  разное искусство – от старых мастеров до фарфора, от ковров до икон. Но  венцом его коллекции стали произведения первой и второй волны русского  авангарда. Впрочем, единственным мастером, которого систематически  собирал Костаки, стал Анатолий Зверев. Именно Костаки собрал лучшие вещи  художника, который стоит особняком в истории второй половины ХХ века.  Поэтому не случайно то, что выставка «Выбор Костаки» открылась в музее  имени Зверева. Открывает проект как раз фотография Костаки и Зверева.  

Перед нами мечта Георгия Костаки, которая так и была осуществлена –  версия возможного, но не случившегося музея современного искусства в  Москве. Начинается выставка с фотоальбома – рядом с крупным снимком  Зверева и Костаки вся жизнь собирателя. Детство, отрочество, юность… Вот  он с матерью, которая происходила с обедневшей греческой дворянской  семьи. Вот с братьями и сестрой – в семье было четверо сыновей и дочь.  Вот фото с мотоциклами – это увлечение ему привил дядя, заядлый гонщик.  Вот свадьба с Зинаидой Панфиловой, они поженились, когда Георгию было  19, и всю жизнь прожили вместе. У них родилось четверо детей. Вот фото  из посольства – Костаки в водительской кепке рядом с солидным  дипломатическим авто. А дальше – бурная художественная жизнь. Самые  известные художники того времени, которые получили славу многим позже и  отчасти благодаря Костаки.

фото: Мария Москвичева Фотохроника жизни Георгия Костаки
фото: Мария Москвичева Фотохроника жизни Георгия Костаки

Здесь же в витрине несколько неочевидных вещей из коллекции – три  редкие иконы, которые теперь входят в собрание Музея Андрея Рублева  (одна из них – времен Ивана Грозного), и несколько недетских игрушек  (например, Николай II) из музея-заповедника Царицыно. Уезжая в 1970-х  годах на историческую родину в Грецию, Костаки подарил огромную часть  своего собрания советским музеям. Большая часть, около 900 работ, попали  в Третьяковку, другие разошлись по тематическим музеям.

– Интересно, что иконами Костаки увлекся уже после того, как начал  собирать авангард, – рассказывает искусствовед, научный сотрудник Музея  Зверева Сергей Соловьев. – Возможно, именно потому что увлекся  авангардом, в котором глубокие связи и переклички с традициями  иконописи.

фото: Мария Москвичева Иконы из коллекции собирателя
фото: Мария Москвичева Иконы из коллекции собирателя

Второй этаж уже посвящен самой знаменитой части коллекции Костаки –  русского авангарду начала ХХ века. Главные шедевры представлены на  огромном экране. Они появляются здесь в виде анимационного фильма,  созданного художником Платоном Инфанте, сыном того самого Франциско  Инфанте, известного мастера и теоретика искусства. Картины оживают,  части композиции кружатся в танце, создавая интересные параллели с  разной эстетикой прошлого и нашего времени.

Здесь же представлено несколько редких работ, большинство из которых  сегодня входят в собрание Третьяковки. Одна из них – картина «Москва.  Красная площадь» кисти Василия Кандинского. Эту вещь художник написал,  вернувшись на родину после долгой жизни за границей. В Москве он  познакомился с Ниной Андреевой, ей тогда было 17, а художнику под 50.

– Они познакомились по телефону, когда Кандинский позвонил своему  знакомому, а трубку случайно вязла Нина. Ему понравился ее голос и он  предложил встретиться. Их первое свидание случилось в Пушкинском музее,  для которого Кандиснкий тогда создавал витражи. Через два месяца  поженились. Несколько лет прожили в Москве, а в 1921 году уехали в  Берлин, – рассказывает Соловьев. – Какие-то картины остались у ее мамы  Нины. Костаки нашел ее в конце 1950-х, купил эту картину и договорился,  что купит все остальные. Но тут случился казус – ему одобрили визу в  Париж, а Костаки мечтал познакомиться с Ларионовым и Гончаровой, пока  они еще живы, и понесся… В Париже он заодно встретился с Ниной  Кандинской, которая тоже тогда там жила. Она рассказала, что очень хочет  побывать на родине, и он устроил ей визу и поездку.  Она приехала и  увезла из маминой квартиры все картины. Костаки был в ужасе…

Костаки был очень страстен в своем увлечение. Он выискивал разными  способами работы авангардистов, многие спас, многое открыл. Среди его  любимых художников – авангардистка Любовь Попова. Художник со сложной  судьбой и своенравным характером. Попова родилась в семье богатого  предпринимателя, любила хорошо и дорого одеваться, могла позволить учебу  за границей, путешествия. В переломные революционные годы она увлеклась  супрематизмом и вошла в знаменитый кружок Малевича. Она одна из  немногих, кто не боялся с ним спорить, сам Малевич побаивался ее  независимого напористого нрава. В 1921 году Любовь Попова вместе с  Александром Родченко и Варварой Степановой организовала выставку  «5х5=25», где пять художников представили по пять картин от каждого. По  сути эта выставка стала началом конструктивизма. На ней были работы в  манере живописной архитектонике: геометрические формы написаны в объеме,  с оттенками, плавными переходами. Малевич же считал, что супрематизм –  это монохромный фон и элементы, четкая геометрия, чистый цвет. Одна из  работ Поповой, написанной по принципам, противоречащим идеям Малевича,  как раз представлена сегодня в Музее Зревева – это «Живописная  архитектоника. Красное с синим» (1918). Как ее нашел Костаки в конце  1950-х – целое приключение.

– Попова умерла в 37 лет. После революции у ее семье все отобрали. В  1918 году она вышла замуж за историка искусства, специалиста по  древнерусской архитектуре Бориса фон Эдинга. Начались голодные годы и  они уехали в Ростов-на-Дону, по дороге муж умер, а Попова и их сын  заболели тифом. Пришлось вернуться в Москву, где друзья устроили ее во  ВХУТЕМАС. В 1924-м она и ее сын скончались от скарлатины. В общем на ее  долю выпали сложные испытания, а работы потом разлетелись по разным  местам. Эту картину Костаки нашел у ее племянника в Звенигороде. Он  узнал, где тот живет, случайно зашел в его сарай и обнаружил, кто  картины вставлены в оконные рамы. Костаки, конечно же, тут же все  выкупил.

фото: Мария Москвичева Экспозиция на третьем этаже музея
фото: Мария Москвичева Экспозиция на третьем этаже музея

Почти за картиной каждого мастера стоит история. Будь то Александр  Древин, Аристарх Лентулов, Алексей Моргунов или Алелександра Экстер. Но  есть еще и третий этаж, где разместились произведения второй волны  авангарда, художников-нонконформистов, современников Костаки. Это  Анатолий Зверев, Игорь Вулох, Владимир Яковлев, Игорь Шелковский, Петр  Беленок, Михаил Шемякин. Некоторые из них покупал уже не Костаки, а его  дочь Алика, которая руководствовалась выбором отца. Некоторые вещи она  когда-то увезла в Грецию, а теперь они снова в Москве. Среди них,  например, работа Игоря Макаревича «Воскресные вечера для любителей  музыки» (1984). Этот музыкальный инструмент с огромной красной фигурой,  повернутой к зрителю обнаженной спиной, красуется в центре экспозиции.  Вещь смелая для своего времени, но у Костаки было особое чутье на  хорошее искусство. Когда он собирал свою коллекцию, немногие понимали  всю ее ценность, но спустя годы это стало очевидно. Словом, микроверсия  московского музея получилась сложной и разнообразной. Хотя, конечно, это  только небольшая часть того, что можно рассказать о знаменитом  коллекционере и его собрании.

Мария Москвичева

Источник


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded