dem_2011

Categories:

Сергей Лазо. Записи, сделанные во время пребывания в военном училище в 1916 году (3)

На занятиях в Московском военном училище. Начало ХХ века
На занятиях в Московском военном училище. Начало ХХ века

20. IX-16 г. Москва. Алексеевское училище.

Не помню, писал ли я тебе или нет про наш студенческий кружок. Возник он после рождества, когда мы решили прочесть несколько рефератов. Теперь мы аккуратно собираемся каждое воскресенье, кто-либо из членов читает реферат. Вот темы рефератов за это время:

1. Естественная наука и ее значение для выработки мировоззрения в жизни человека.

2. О воспитании; какими знаниями мы должны дорожить больше всего.

3. Работа женщин в студенческих организациях.

Все три реферата были прочтены курсистками-медичками. Готовится реферат «О характере» (студент-технолог).

Наш кружок можно назвать удачным, этому много способствовало то, что все члены его — люди простой здоровой психики. У них за рабочую неделю накопилось достаточно переживаний, чтобы ими поделиться друг с другом. Эти люди научили меня непосредственно и просто брать жизнь такой, какой она есть, они заразили меня добрым настроением рабочих людей. Да и как не быть добрым этим людям, выросшим в хорошей семейной обстановке. Вот технолог Ф. недавно вернулся с Урала, где работал на заводе целый год. У него в Москве три сестры и два брата, он считается главой семьи (с ним я познакомился недавно, с его братьями и сестрами был раньше знаком). Редко в ком я находил столько общего, как в нем. Одних лет со мной, он в 1912 году, как и я, поступил в Технологическое училище, только он студент 5-го курса, а я юнкер Алексеевского училища. И я спрашиваю себя: сделала ли узкая специализация в практической работе из него узкого человека? На это дает ответ выписка из записной книжки, куда я занес сведения и впечатления о технологе Ф. в день моего знакомства с ним,— вот что там было записано:

«Ф. ростом чуть ниже меня, фигура немного сутуловатая, видно, человек крепкий. Лицо бледное и немного усталое, носит отпечаток продолжительной и упорной работы. Лицо немного вытянутое; голова покрыта длинными черными волосами. Выражение лица спокойное, взгляд добрый, немного улыбающийся. Я с ним разговорился и как сейчас слышу его ровный голос: «Что ж мы, русские, подножный корм для иностранцев? Россия дикая и некультурная страна, разве у нас есть общество и общественная жизнь? Грустно, очень грустно, но наша родина это страна отдельных народностей, объединенных правительственной властью.

А рабочие? Я слыхал на Урале разговор с одним рабочим, на вопрос — чего он будет добиваться после войны, — рабочий ответил, что они будут добиваться свободы, будут бить и жечь. И этот вывод, — продолжал Ф,— я считаю характерным: все чего-то хотят, но никто ничего определенного не знает. Но вообще между тамошними (т. е. уральцами) и здешними (московскими) рабочими большая разница, последние куда сознательнее. А интеллигенция? Наше студенчество едва ли можно считать интеллигенцией, и большого значения я ему не придаю (этот вывод Ф. повторил несколько раз, видно было, что он много думал над этим). Я видел интеллигентных рабочих, это главным образом работающие в определенной специальности. Народ крепкий, сознательный; по знанию экономических вопросов заткнет за пояс любого студента, правда, быть может, он будет выражаться не нашим ученым языком. А среди учащейся молодежи только небольшой процент можно назвать интеллигентами. Единственное, быть может, исключение составляет Петровская сельскохозяйственная Академия, и когда я думаю о нашем безотрадном положении России, то больше всего надежду в будущем я возлагаю на рабочий класс». Про свою деятельность технолога Ф. говорит, что приходится много работать, чтобы быть хорошим инженером, а не инженером на 250 рублей в месяц. На доходном месте придется все силы отдавать делу, забросив все, не имеющее непосредственного отношения к делу инженера.

Заговорили мы о Горьком. «Какое отрадное явление в русской жизни; человек изломан, исковеркан, а он все поет добрую песню, в этом огромная заслуга Горького». «А буржуазная публика его не любит», — прибавил я. Для меня Ф. не новый тип, во многом он напоминает того офицера, с которым я подружился перед призывом в училище. От таких людей веет силой, настойчивостью, говорят они спокойно и за каждым их словом чувствуется глубоко пережитое. По нашей книжной классификации, это тип интеллигента-марксиста. Хочу при этом сказать, что, по-моему, человек только тогда узнает, вернее, познает жизнь, когда он сумеет преодолеть ее трудности, сумеет быть активным работником.

Приморский краеведческий музей им. Арсеньева.
(Публикуется впервые).

Сергей Лазо. ДНЕВНИКИ И ПИСЬМА
Подготовили к печати Ольга Андреевна и Ада Сергеевна Лазо
ПРИМОРСКОЕ КНИЖНОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО
ВЛАДИВОСТОК, 1989. Стр. 125 – 127


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded