dem_2011

Categories:

Гелена Чаплинская

Портрет Мотрони Чаплинської / Н.В. Атамась - Музей Богдана Хмельницького в Чигирині
Портрет Мотрони Чаплинської / Н.В. Атамась - Музей Богдана Хмельницького в Чигирині

Гелена (Елена, Мотрона) Чаплинская (польск. Helena Czaplińska, ? — ум. 1651) — шляхтичка, вторая жена Даниэля Чаплинского и вторая жена Богдана Хмельницкого. 

В народе Гелену прозвали «ляшкой», вероятно, потому что её отец  происходил из Речи Посполитой. Оставшись сиротой, девушка нашла убежище в  доме Хмельницких, где занималась хозяйством, помогая болевшей жене  Богдана.

Историк Костомаров приводит сведения, что Гелена была кумой (крестной одного из детей) Богдана Хмельницкого. 

Весной 1647 года чигиринский подстароста Даниэль Чаплинский, враг Хмельницкого, произвел в отсутствие Хмельницкого наезд на его хутор Суботов, избил до полусмерти его сына, и увёз Гелену, с которой повенчался по католическому обряду. Согласно Летописи Грабянки власть отклонила судебную жалобу Хмельницького, а его самого Чаплинский поместил в тюрьму по подозрению в подготовке козацкого бунта. Только благодаря заступничеству Гелены, Богдан был временно отпущен на волю и воспользовался этим для побега на Сечь. Такие же сведения про спасение Хмельницкого из заключения благодаря заступничеству Гелены Чаплинской содержатся в Летописи Самойла Величко. 

После смерти первой жены Богдана Хмельницкого, Хмельницкий и Гелена жили необвенчанными. В первой половине 1649 года, в Переяславе Гелена и Зиновий-Богдан Хмельницкий повенчались. Гелена стала второй женой гетмана Войска Запорожского. На брак дал специальное разрешение иерусалимский патриарх Паисий. Участие патриарха было необходимо по нескольким вероятным причинам: Гелена была католичкой, её первый муж Даниэль Чаплинский был жив и Гелена была обвенчана с ним по римскому католическому обряду. Неизвестно также получила ли Чаплинская развод. 

Наиболее подробное описание исторического скандала оставил Иосиф Ролле, чей очерк под псевдонимом доктор Антоний опубликовал в 1894 году журнал «Киевская старина».  Жена Хмельницкого болела и нуждалась в помощнице. По версии Ролле,  Гелена сумела занять место и в сердце её мужа. «Но законная супруга была  жива, — пишет Ролле, — приходилось ждать, и Богдан выжидал терпеливо,  утешаясь надеждой на более или менее быструю развязку». Чаплинский был  уже вдовцом, выдавшим замуж дочь, и сам не имел никаких препятствий к  вступлению в законный брак и продлению своего рода еще и по мужской  линии. Перспектива ждать, пока умрет жена Богдана, не нравилась Гелене —  она приняла предложение подстаросты. Разъяренный Хмельницкий вызвал  соперника на поединок, но сам едва спасся от устроенной тем засады.  Обратился к молодому Александру Конецпольскому —  напрасно. Подал иск в суд — ему отказали. Богдан поехал в Варшаву.  Вслед за ним поехал Чаплинский. Оба предстали перед сенаторами, как  перед судьями. В списке обид уведенная девушка занимала значительное  место. Её Хмельницкий даже называл своей женой. А Чаплинский это  опровергал: «Он силой держал её у себя, потому-то она так поспешно и  ушла от него, а поскольку пришлась мне по сердцу, то я женился на ней.  Никто не принудит меня отказаться от неё, а хоть бы и так, то она сама  не согласится и ни за что не вернется к Хмельницкому». Присутствующие  сенаторы стали потешаться: «Стоит ли, пан сотник, жалеть о такой особе!  Свет клином не сошелся! Поищи другую, а эта пусть остается при том, что  ей так понравился». 

Вернувшиеся из Варшавы соперники продолжали вражду. Чаплинский  подговорил простого казака Романа Песту обвинить Хмельницкого в  предательстве. В ответ Богдан жаловался коронному гетману Николаю Потоцкому:  «Невесть откуда взялся разрушитель спокойной жизни моей, Чаплинский,  литовский зайда, польский пьяница, злодей и грабитель украинский,  подстароста Чигиринский, который, распоряжаясь восемь лет в Чигирине  угодьями своего пана польского, коронного хорунжего, лживыми поклепами и  доносами вконец сгубил многих наших братьев и присвоил их  собственность; и, конечно же, не пан хорунжий коронный, а слуга его,  брехун, предатель и пьяница Чаплинский владеет Чигиринщиной». Зять  подстаросты публично обещал убить Хмельницкого, время от времени его  арестовывали и выпускали под поручительство — ни до, ни после Чигирин не  ведал подобного скандала. Иногда за Богдана вступалась сама Гелена,  что он впоследствии с благодарностью отмечал в одном из писем: «Если бы  не эта добродетельная и жалостливая к невинно страждущим Эсфирь, не  миновать бы мне мщения жестокого тирана, её мужа». 

Иосиф Ролле так обрисовывает все случившееся с Геленой: 

Где  она пребывала во время кровавой борьбы, что случилось с её  неудачником-мужем — трудно сказать. В мае 1648 года в Чигирине уже не  было польского гарнизона, поскольку сюда отправили польских пленных.  Сомнительно, чтобы Чаплинский в таких условиях и далее оставался при  исполнении должности. По словам Величко, Хмельницкий после битвы при  Желтых Водах послал к Чигирину 150 верных и опытных казаков и поручил им  задержать Чаплинского. Поручение было выполнено, как положено, и через  два дня подстароста предстал перед гетманом, который велел казнить его, а  тело в знак презрения закопать далеко за обозом. Впрочем, если это было  именно так, то как объяснить настойчивые требования гетмана к Речи  Посполитой о выдаче ему того же Чаплинского, которые он выдвигал на  протяжении всего последующего года? Не только письменно, но и лично  просил Хмельницкий об этом Киселя как комиссара Речи Посполитой;  конечно, Кисель отпирался бы, если бы Чаплинский уже был казнен. Между  тем Хмельницкому важно было убрать с пути подстаросту хотя бы потому,  что тот был женат на женщине, которую гетман взял себе в жены. Не  подлежит сомнению, что Чаплинский сумел заблаговременно спрятаться;  возможно, он наткнулся при этом на казачий отряд и погиб, а жена его  попала в плен и в Чигирине ждала решения своей судьбы.

Хотя Хмельницкий искренне любил Гелену, его окружение, и прежде всего сыновья, хотели избавиться от неё. Среди старшины гетманшу называли «ляшкой» и подозревали в связях с бывшим мужем Чаплинским. В мае 1651 года известный своим вспыльчивым характером Тимош Хмельницкий, во время пребывания отца в походе, казнил ненавистную мачеху, повесив голой на воротах усадьбы. Вот что сообщал про это 14 июня 1651 года шляхтич Кшыцкий: 

Говорят, Хмельницкий приказал жену свою повесить за то, что выявлено  перехваченные письма Чаплинского к ней про то, чтобы она все ценности  закопала в землю, а самого Хмельницкого отравила.

Летописец Величко также сообщает про повешенье Мотроны Тимошем и выделяет «самовольность» его действий.

Прямых доказательств про измену Гелены не существует. Возможно, обвинения были сфабрикованы старшинской оппозицией и лично Тимошем. Украинский историк Михаил Грушевский указывает, что Богдан Хмельницкий перед битвой под Берестечком получил известия от Тимоша про недостаток средств в казацкой казне и поручил ему расследование этого дела. В результате гетьманский сын доказал, что деньги украла его мачеха Мотрона и её тайный любовник, казначей. 20 мая 1651 года Богдану пришло известие, что Тимош казнил их обоих через повешенье.

Эпизод супружеской измены Гелены, как и сама её личность, остаются предметом многих научных и публицистических спекуляций. 

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded