dem_2011

Category:

Насчет «незаменимых нет» — чушь, конечно, каждый хороший артист незаменим и неповторим...

<...>

21 марта 1968

Ужасный день. Вчера играл Керенского за  Высоцкого, а сегодня и вчера ночью молю бога, чтоб он на себя руки не  наложил. За 50 сребреников я продал его, такая мысль идиотская сидит в  башке. На репетиции, при народе постороннем, он упал.

— Идите,  приведите себя в порядок, — сказал ему шеф. И он ушел, и никто не знал,  куда он девался и что делает: пьет ли, спит ли? Послали в Волокаламск  машину за Губенко, в Вишняки — за мной, но я, как назло, оказался в  театре, и еще оговорил, идиот, условия ввода — 100 рублей — это была  шутка, но как с языка сорвалось! Ведь надо же, все к одному: и Хмеля[26] нет, я еще за него играю. Боже мой!

— Высоцкий играть не будет, — кричит Дупак[27], — или я отменяю спектакль.

— Как ты чувствуешь себя, Валерий? — шеф.

— Мне невозможно играть, Ю.П., это убийство, я свалюсь сверху[28].

— Я  требую, чтобы репетировал Золотухин, — Дупак. Высоцкий срывает костюм  (он еще поддал, как увидел, что вовремя не дали костюм, и я с текстом):

— Я не буду играть, я ухожу… отстаньте от меня.

Перед спектаклем показал мне записку: «Очень прошу в моей смерти никого не винить». И я должен за него отрепетировать?!

Я играл Керенского, я повзрослел еще на десятилетие, лучше бы уж отменил Дупак спектакль. У меня на душе теперь такая тяжесть.

Обед. Высоцкого нет, говорят, он в Куйбышеве. Дай бог, хоть в Куйбышеве.

Меня,  наверное, осуждают все, дескать, не взялся бы Золотухин, спектакль бы  не отменили, и Высоцкий сыграл бы. Рассуждать легко. Да и вообще — кто  больше виноват перед Богом? Кто это знает? Не зря наша профессия была  проклята церковью, что-то есть в ней ложное и разрушающее душу — уж  больно она из соблазнов и искушений соткана. Может, и вправду мне не  надо было играть?!

  • [26] Хмель — Борис Хмельницкий, актер Театра на Таганке, киноактер, автор  музыки (совместно с А. Васильевым) к спектаклям театра «Добрый человек  из Сезуана» (1963), «Антимиры» (1965), «Жизнь Галилея» (1966).
  • [27] Дупак Николай Лукьянович — многие годы директор Театра на Таганке.
  • [28] «…свалюсь сверху» — артист, играющий Керенского в спектакле «Десять дней…», должен произносить речь, стоя на плечах партнера.

22 марта 1968

<...>

Уже висит приказ об увольнении Высоцкого по 47 ст. Ходил к директору,  просил не вешать его до появления Высоцкого — ни в какую: — Нет у нас  человека. И все друзья театра настроены категорически. Они-то при чем  тут?

<...>

Это было сумасшествие — браться играть Керенского срочным вводом! Но Бог не оставил меня.

У Зайчика украли 25 рублей на спектакле.

Высоцкий летает по стране... 

<...>

23 марта 1968

<...>

Вот ведь какая наша судьба актерская, сошел артист с катушек,  Володька, пришел другой, совсем вроде бы зеленый парень из Щукинского, а  работает с листа прекрасно, просто «быка за рога», умно, смешно, смело,  убедительно, и сразу завоевал шефа, труппу и теперь пойдет играть роль  за ролью, как говорится, «не было бы счастья, да несчастье помогло». А  не так ли и Володька вылез, когда Губенко убежал в кино и заявление на  стол кинул, а теперь дал возможность вылезти другому… но и свои акции  подрастерял, т. е. уже вроде не так и нужен он теперь театру, вот найдут  парня на Галилея?..

Насчет «незаменимых нет» — чушь, конечно,  каждый хороший артист незаменим и неповторим, пусть другой, да не такой,  но все же веточку свою, как говорит Невинный, надо беречь и охранять,  ухаживать за ней и т. д., чуть разинул рот, пришел другой артист и  уселся на нее рядком, да еще каким окажется, а то, чего доброго, скинет и  один усядется.

Я иногда сижу на сцене: просто в темноте ли, когда  другой работает, или на выходе, и у меня такая нежность ко всей нашей  братии просыпается… Горемыки! Все мы одной веревочкой связаны — любовью к  лицедейству и надеждой славы — и этими двумя цепями, как круговой  порукой спутаны: и мечемся, и надрываемся до крови, и унижаемся, и не  думаем ни о чем, кроме этих своих двух цепей.

<...>

Золотухин Валерий Сергеевич.  Таганский  дневник.  Кн.  1 

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded