dem_2011

Categories:

Новотный дал Дубчека...

26 марта 1968

Два дня был занят записью поездки и немного  выбился из колеи. Высоцкий в Одессе, в жутком состоянии, падает с  лошади, по ночам, опоенный водкой друзьями, катается по полу, «если  выбирать мать или водку, выбирает водку», — говорит Иваненко, которая  летала к нему. — Если ты не прилетишь, я умру, я покончу с собой, — так  он сказал мне.

Шеф.  Это верх наглости… Ему все позволено,  он уже Галилея стал играть через губу, между прочим, с ним невозможно  стало разговаривать… То он в Куйбышеве, то в Магадане… Шаляпин, тенор…  Второй Сличенко.

Губенко готовит Галилея. Это будет удар  окончательный для Володьки. Губенко не позволит себе играть плохо. Это  настоящий боец, профессионал в лучшем смысле, кроме того, что  удивительно талантлив.

Тревожно на душе. Шеф хвалит за Кузькина,  мир и благодать во взаимоотношениях, и я, как собака, которую  приласкали, не нахожу себе места от радости и благодарности, все  заглядываю в глаза, улыбаюсь всем видом: это правда, вы меня не  обманываете, я действительно вам нравлюсь, и вы мне почему-то  удивительно нравитесь. Этого бояться следует и бежать немедленно. Только  Бог судья делам нашим. Не надо очаровываться, чтоб не было столь  жестоким разочарование.

Во время репетиции Элла заглянула в кабинет: — Получен лит на «Живого».

— Прекращаем репетиции… Что это такое? Мы привыкли репетировать произведения не литованные, не разрешенные…

— Срочно анонс, афишу на театре и рекламы по городу.

— Надо еще спектакль сделать, хохмачи.

У  Зайчика украли 25 рублей. Кому-то показалась моя премия за Керенского  большой, и он решил половину взять. Звонок из Ленинграда. Рабиков:

— Валеринька!  Дорогой! Рад слышать ваш жизнерадостный голос. Вам есть чему  радоваться, у вас блестящая роль в картине получилась, просто блестящая,  других слов нет, это я говорю вам, старый киношник, видавший виды…  Валеринька, фильм принят редакцией, но нужно приехать на один день,  переозвучить небольшую сценку, когда мы можем это сделать?

Когда мы можем это сделать? Хоть 28, четверг, если отпустят с «Павших». Но куда девать Кузю?

Вечер.  Продумываю план отъезда с Кузей и без. Черчу на бумаге за и против. С  собой было бы проще, если бы разрешили сесть в поезд.

Появился  Шифферс. Я покраснел, потому что не ответил, не поставил свою подпись на  его письме. Кажется, договорились они с шефом о работе. Шифферс делает  пьесу по «Подростку».

— Ты будешь играть. Через недели две  закончу. Я договорился с т. «Маяковского», но у них нет актера. Я хотел  им предложить взять тебя на постановку.

— Будешь делать Мольера, коли душа не лежит.

— Что значит лежит, не лежит, это моя профессия. Если уж говорить, у меня вообще к одному Достоевскому лежит.

— Я сейчас Толстым увлекся, нравится мне его философия.

— Толстой — плохой писатель. Это у тебя от детства.

Карякина исключили из партии за выступление в защиту Солженицына, за поддержку Шифферса (надо разузнать точно).

Славина  приносит цветы и чай Любимову, каждый день бесцеремонно… при гостях  входит в кабинет, молча кладет цветы на стол и уходит, делово, спокойно.  Это надо запомнить. Смешная привычка, трогательная, каждый день класть  на стол главного цветы.

Получил письмо из Чемала. Мария Т. все еще работает, прислала адрес Антонины Яковлевны.

Думаю. Если мне придумать фамильный герб — что бы в него вошло, каким бы он мог стать, как выглядеть.

27 марта 1968

Проблема та же, как быть с Кузей. Плохо спится, не по себе, все еще насморк и суета. На сердце какая-то тяжесть.

Перелистывая  самый первый дневник, который почти четыре года писался, я заметил, что  писал в него не то, что надо. Кое-что попадается, но в общем — слова,  слова… И тут возникает правило из наблюдения: не надо рассуждать в дневнике, это документ, — хроника, и  самое интересное в дневниках — факты, события, диалоги, разговоры,  случаи, где-то по ходу могут быть и рассуждения, но обязательно по  поводу конкретного факта.

Например. Я сегодня стучался к  соседке за мешком. Может быть, в нем везти Кузьку. Зайчик встретил в  собачьей клинике дядьку, который хвастался — как хорошо он ездит со  своим кобельком, в мешок его, дырочку для воздуха, и сидит себе собака  смирно и благородно…

Попробую так поступить с Кузькой. Купил ему новую цепочку, сделал намордник.

Последние дня три перечитываю Булгакова «Мольер»… Почему я не помню ничего из этого романа, я читал его всего 5 лет назад.

Ездил  с Кузькой в его клинику, ничего, стерпел, выдали разрешение на проезд.  Зайчик улетел. Через несколько часов я подмел, убрался в квартире.

29 марта 1968

Ну вот, закончился вояж наш с Кузькой в город  на Неве. Все обошлось, даже никому и в голову не пришло, что у меня в  мешке собака. Горемыка, Кузька бедный, намаялся со мной и я с ним.

Полока.  Это только Золотухин может: приехал с собакой, привез какие-то рядна, сукна.

Из-за этой фразы, быть может, и претерпел я все мучения с Кузей.

Приехал неожиданно Зайчик, накормил обедом. Привез из Душанбе редиски, зеленого лука, гранат.

Разбился  Гагарин. Надо же, какая судьба! Так и тянет их в эту пучину — игроки.  Закончился цикл, семь лет назад, как впервые на орбиту вышел человек,  детей называли Юрками, и в этот траурный день многие в память о нем  назовут своих парней Юрками.

Вечер. Почему, когда думаешь о Боге, о  том, что не людям, а ему служишь, и ждешь его суда, а не людского —  легко и весело становится жить, и работается.

<...>

Читаю снова Толстого. Он помогает мне. Огромное наслаждение  доставляет чтение его дневника: от самых незатейливых и много раз  повторяющихся деталей до гениальных обобщений, мыслей, постоянная  внутренняя огромная работа над собственным «Я». Он сам — религия.

Уметь  прощать, забывать плохое, благодарить людей за то, что общаются,  улыбаются тебе, накапливать любовь и добро, конечно, в этом счастье и  смысл нашей жизни.

<...>

30 марта 1968

Мы не помирились с Глаголиным, письмо, в  общем, цели не достигло. Единственно, что оно сделало — мы стали  разговаривать на тему спектакля, сцен и т. д. Сближения, которое было  раньше, не произошло. Он прочно засел в своей конуре и выглядывает  оттуда мрачно, как сыч. Жалко его. К творческой вялости он присоединил  человеческую неприятность. Шеф сломал его. Он стал холуем, но сохраняя  внешнюю независимость, лакейскую гордость и право «обижаться, дуть губы  на несправедливый гнев барина, показывая тем самым, как вы можете так со  мной обходиться в присутствии других, ведь я вам горшки выношу, мы с  вами в таких отношениях, о которых никто не подозревает, а вы меня  пинаете, зная, что я все равно смолчу».

Сколько раз я говорил  себе: не ходить в кабинет. Человек слаб и вынужден подчиняться, выходить  оттуда еще более гадким самому себе, не оттого, что кого-то заложил,  что-го глупое брякнул, а оттого, что видишь, как человек с тобой не на  равных разговаривает, имея всегда семь в уме, и не скрывает этого. И  самое ужасное — зависимость, но не от личности, ума, таланта, и  благоговение перед этими качествами, ради Бога, мне никогда не стыдно  восторженно с талантом общаться, а зависимость от положения. Здесь все,  конечно, то есть, большее, зависит от того, кто стоит выше, к кому  пришел.

Начал читать «Подростка».

Вечер. В театре невозможно  читать просто так. Обязательно будут спрашивать: «Где ставят?», «Кто  снимает?», что предлагают и т. д. В руках артиста не предполагается иной  литературы, как роль, только на предмет играть.

31 марта 1968

Вчера была мрачная погода и ныли кости.  Сегодня опять солнце. Мать уехала на похороны. Зайчик накормил меня и  собирается с Кузькой. У меня к Кузьке, как он на мне остался и в Питер  скатал, нежность появилась огромная. Животина — сидел в мешке, молчал,  однажды только в автобусе залаял, когда мимо его носа ногами стали  шаркать, не выдержал.

Я ничего не пишу об общественной жизни, а, между тем, дела серьезные.

Новотный  дал Дубчека. Чехи отменили цензуру, выступление Гомулки, «никаких  послаблений в области борьбы двух идеологий» и т. п. Под этот шухер и  Кузькин может влипнуть.

<...>

Золотухин Валерий Сергеевич.  Таганский  дневник.  Кн.  1 

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded