dem_2011

Category:

Из-за чего поссорились Монтекки и Капулетти

Порой  говорят, что время - мерило истины, оно отделяет "зерна от плевел"  сохраняя для потомков только то, что достойно их внимания. Но, благодаря  этим прелестям "естественного отбора", наши знания о прошлом  существенно искажены и даже те "великие", которые проверку временем  прошли, видятся нам сегодня совершенно иными. 

Например,  самыми популярными произведениями Уильяма Шекспира при его жизни были,  помимо "Гамлета", "Король Лир" и "Буря" сегодня основательно подзабытые.  И напротив, романтические страдания юных мажоров в трагедии "Ромео и  Джульетта" казались современникам автора излишне слащавыми, а сегодня  эта, разыгравшаяся в Вероне трагедия - бьет все рекорды популярности.  История о страданиях юных влюбленных была экранизирована более 150 раз, и  это только те экранизации, которые открыто ссылаются на произведение  знаменитого драматурга. 

Пьесу,  которой "нет печальнее на свете" датриуют обычно 1593 - 1596 годами.  Расхождение в датах связано с длительной работой над материалом и  несколькими вариантами трагедии, которая обрела свой сегодняшний вид  только к третьей постановке. 

Как  и многие прочие из своих сюжетов, Шекспир историю о трагической любви  не изобрел, а позаимствовал. К слову, материал для заимствований был  довольно обширен. Редкая мифопоэтическая традиция обходится без истории и  трагической любви. Так что среди первоисточников, к которым восходит  история "Ромео и Джульетты" числятся и Паоло с Франческой и Тристан с  Изольдой, но наиболее древний и сюжетно близкий аналог - это греческая  история о Пираме и Фисбе, описанная Овидием в "Метаморфозах":

Жили Пирам и Фисба; он всех был юношей краше,
Предпочтена и она всем девам была на Востоке.
Смежны их были дома, где город, согласно преданью,
Семирамида стеной окружила кирпичной когда-то.
Так знакомство меж них и сближенье пошли от соседства.
 С годами крепла любовь; и настала б законная свадьба,
 Если б не мать и отец ...

Ни  дерзкого проникновения на маскарад в доме врага, ни романтичного  объяснений на балконе, ни убийства ближайших родственников в истории  Пирама и Фисбы нет. Их заменяет трепетный рассказ о том, как влюбленные  беседуют через щель в стене, которая разделяет их дома. 

Образовалась в стене меж домами, обоим семействам.
Общей, тонкая щель со времени самой постройки.
Этот порок, никому за много веков не заметный, -
Что не приметит любовь? - влюбленные, вы увидали.
Голосу дали вы путь, и нежные ваши признанья
Шепотом, слышным едва, безопасно до вас доходили.
Часто стояли: Пирам - по ту сторону, Фисба - по эту.
Поочередно ловя дыхание уст, говорил ...

Через  эту самую щель влюбленные договорились о свидании у высокой шелковицы  за городской стеной. Фисба пришла на свидание первой, но у заветного  дерева ее поджидал не любимый а львица, только что поймавшая добычу и  наслаждавшаяся ужином. Девушка убежала, потеряв в страхе свое покрывало.  Львица доела свой ужин и тоже ушла, предварительно разорвав и запятнав  кровью покрывало девушки. Эти то окровавленные лоскутки и львиные следы  нашел Пирам, когда явился на свидание. Убежденный, что Фисба погибла он  закололся под тем самым деревом, у которого должен был встретиться со  своей любимой. Чуть позднее и Фисба, набравшись смелости, решилась  вернуться к месту условленной встречи, где и нашла своего умирающего  возлюбленного.  Не желая разлучаться с Пирамом, Фисба закололась его же  ножом. 

Интересно,  что никакого поучительного примирения двух семейств в греческой истории  не последовало. Вся эта трагедия разворачивается только для того, чтобы  объяснить густо багровый цвет ягод шелковицы. Якобы до той поры они  были белыми и окрасились багрянцем от крови Пирама и Фисбы.

Трагическая  ссора семейств, бывшая для греков не более чем предлогом для тайной  встречи влюбленных за городской стеной, у Шекспира становится центром  сюжета. Знаменитый драматург писал свою пьесу отнюдь не о романтических  страданиях, а о яростных противоречиях, которые не способны примирить ни  спокойная мудрость, ни радужное будущее, а только большое горе. Смерть  юных влюбленных и их любовь - это только фон для демонстрации конфликта.  "Мне видится в твоей второй зазнобе развязка  вашего междоусобья, -  говорит брат Лоренцо и его устами говорит сам Шекспир. 

Вообще,  если вы знакомы с трагедией Ромео и Джульетты по переводу Бориса  Пастернака (наиболее популярному в нашей стране), то воспринимаете эту  историю сквозь призму поэтического таланта переводчика, бывшего скорее  лириком, чем политиком (в отличие от самого Шекспира). 

40-е  годы были сложным периодом в жизни Бориса Леонидовича (Борис Пастернак  работал над переводом "Ромео и Джульетты" в 1941 - 1942 гг., первое  чтение пьесы автором перевода состоялось 26 февраля 1942 года). Его  собственные произведения почти нигде не печатали и, чтобы заработать  себе на жизнь, он был вынужден активно заняться переводческой  деятельностью. Любимцами Бориса Леонидовича стали Гете и Шекспир.  Пастернак всегда относился к переводам очень ответственно, изучая не  только само произведение, но и специфику его языка и исторический  контекст. И все же, видимо, что-то было в трагедии "Ромео и Дужльетты"  такого, что оказалось на редкость созвучно самому переводчику и его  пьеса вышла куда более лиричной, чем у Шекспира. Яростный конфликт двух  семей словно отошел в тень, заслоненный поэтической историей зарождения и  расцвета юной любви.

И  все же из-за чего же могли так разругаться "две равно уважаемых семъи",  что брак их детей был практически невозможен. Шекспир не говорит об  этом в тексте пьесы, но ему этого и не нужно. История конфликта лежит в  фамилиях главных героев. Монтекки и Капулетти к которым мы привыкли  сегодня - ошибка одного из ранних переводчиков, сохранившаяся в  последствии в силу традиции. На деле же фамилии героев Капулетти и  Монтегю. Для нас сегодня эта пара измененных букв ничего не значит, но  для современников Шекспира фамилии героев были очень красноречивы.

Со  времен падения Римской Империи в Италии все время конфликтовали два  лагеря: представители исконной, римской аристократии и северяне,  завоевавшие эти земли. Конфликт этот то затухал, то вспыхивал вновь и в  1494 - 1559 годах был как никогда актуален - между Францией, Испанией и  Священной Римской империей шла война за престол Неаполитанского  королевства. Италия в этой войне проиграла не  последнюю очередь потому,  что множество дворян, тесно связанных с дворами Франции и Британии не  поддержали внутреннюю итальянскую коалицию. Война стихла на полях  сражений, но не в сердцах побежденных.

Так  что для любого современника Шекспира было очевидно, что Монтегю -  представители северной аристократии, завоевателей вторгшихся на  итальянские земли и отвоевавшие свое "место под солнцем" огнем и мечом.  Тогда как Капулетти - аристократия местная, возможно, уходящая своими  корнями еще во времена Римской Империи. Разумеется ни дружбы, ни  династических браков между представителями эти семей в ту пору быть не  могло.

Шекспир  губит своих юных влюбленные не ради проливаемых зрителями слез. Он ищет  пути разрешения затяжного политического конфликта и мы видим, что  таким, по мнению автора, может стать только общее большое горе.

Иллюстрации к пьесе Уильяма Шекспира "Ромео и Джульетта" Владимира Ненова

Источник

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded